«Волос ангела»

С другой стороны к коляске подскочил юркий господин средних лет с нафабренными усиками, в котелке и костюме «дерби». Шустро вспрыгнул на подножку и, почтительно прогнувшись, зашептал в большое ухо господина начальника жандармского отделения. Тот внимательно выслушал его и отпустил, небрежно махнув рукой. Господин в котелке тут же исчез, словно растворился в темноте.

— Ну, с Богом… — жандарм, сняв фуражку, перекрестился. — Смотри, голубчик, двое их там, и второго не упустите. Второй мне тоже очень нужен. Понял? Иди…

Подозрительное шевеление темных фигур впереди Федор заметил сразу же, как только вышли на центральную аллею, уже начавшую зарастать травой, глушившей шаги.

Остановились, прислушиваясь. Впереди приглушенно чертыхнулись, споткнувшись о камень, звякнули ножны шашки. Жандармы или полиция? Все одно…

Подхватив свою спутницу под руку, Греков побежал с ней в другую сторону, где должен был быть проход на улицы местечка. Еще не добежав до края кладбища, он понял, что вдвоем им не уйти — спутница путалась в длинной юбке, мешали бежать высокие каблуки ее ботинок.

Решив спрямить путь, он потянул ее в сторону: начали продираться сквозь кусты, то и дело спотыкаясь о могильные плиты, натыкаясь на гнилые ограды.

На шум Федор уже не обращал внимания. В голове билась одна мысль: скорее, скорее, может быть, еще удастся успеть проскочить в город, пока не окружили все кладбище.

Неожиданно она остановилась, прижав руку к высоко поднимавшейся груди:

— Ой, не могу больше. Бегите один. Мне они ничего не сделают, а вам надо уйти.

— Нельзя оставаться, — он почти силой заставил ее снова бежать, — они через вас будут добираться до других. Держитесь!

Наконец впереди замерцали огоньки домов местечка.

Ну, еще немного!

Полиция! Федор толкнул свою спутницу в сторону.

Свернули в темный переулок. За дощатым забором залилась неистовым лаем собака, ей тут же ответили другие. Сзади послышался топот многих ног, обутых в тяжелые сапоги, бряцание оружия, сиплое дыхание. Ближе, ближе…

— Бегите, я задержу!

— Бегите же, я догоню! — Греков оторвал от себя ее руки, с силой толкнул в темноту проулка.

Резко повернувшись, он поймал первого полицейского под шаг и коротко ударил левой в голову. Тот без звука рухнул на землю.

Второй не успел вовремя остановиться и тоже получил сильный удар, но устоял на ногах.

Федор шагнул вперед, намереваясь ударить еще раз. Но сзади кто-то прыгнул ему на плечи, ловкий, как обезьяна. Он откинулся как можно резче спиной на забор, услышал сзади сдавленный стон, почувствовал, как стало свободно спине, не глядя ударил.

Подбежали еще несколько человек. Темнота, сопение, ухо ожгло чужим кулаком. Сбил наземь одного, обдирая в кровь костяшки пальцев о пуговицы полицейских шинелей. И тут грохнул выстрел.