«Волос ангела»

В этом отношении оно ближе к военному искусству, так как и то и другое опирается на знание психологии как отдельной человеческой личности, так и масс.

Как всякое искусство, розыскное искусство имеет свою теорию, может быть еще не так глубоко разработанную, как теория других искусств, но, несомненно, существующую, и свою, пока не особенно богатую литературу. Предпосылками теории розыскного искусства являются: первое — наука уголовного права, именно та ее отрасль, которая называется криминалистикой (уголовная техника и уголовная тактика); второе — знание современного преступления, преступной среды, ее обычаев, нравов и преступных профессий и третье — личные качества и свойства, необходимые для лица, желающего изучить это искусство…

Качества и свойства лица, желающего изучить розыскное искусство, играют немаловажную роль.

К этим качествам, помимо энергии, смелости, умения владеть собой, способности „притворяться“ (актерская жилка), надо еще отнести внимательность, наблюдательность и особенно — безупречную логику мышления…

Итак, розыскное искусство не так просто и доступно, как многие думают, и далеко не все розыскные работники обладают им в полной мере.

Значение же его громадно, так как оно необходимо: первое — при розыске, производимом почти при раскрытии каждого преступления, и второе — в активной борьбе с преступностью…»

Так рождалась новая наука, призванная вооружить необходимыми знаниями работников советского уголовного розыска, вставшего на страже правопорядка, общественного достояния, жизни, чести, достоинства и имущества граждан первого в мире государства рабочих и крестьян — Союза Советских Социалистических Республик.

Гена Шкуратов с Михаилом Генераловым расположились в тихом, густо заросшем кустами садике пустующего дома, стоявшего напротив «малины» известной Паучихи — Натальи Пауковой, державшей до революции «шланбой» — незаконную торговлю вином.

Время шло, Паучиха сильно постарела, обрюзгла, вином уже торговать не решалась, но зато с охотой предоставляла свой дом для сборищ разномастной блатной публики, охочей выпить самогону, перекинуться в картишки, спустить по дешевке краденое под «пьяные глаза».

Дом у Паучихи был большой, с неказистой дощатой пристройкой около крыльца.

Сама хозяйка из дома почти не выходила — подводили распухшие до слоновьих размеров больные ноги. Так, выползет погреться на солнышке летом, а как заметет — безвылазно, до весны, дома. Поэтому ее посетители не боялись никого не застать и смело стучали в окна. Своим отворяли сразу. Чужих не впускали долго, придирчиво расспрашивая, кто да откуда, зачем пришел и чего надо.

Психа наконец разыскали и взяли под наблюдение сегодня днем, на толкучем рынке.