0
0И только пение птиц, наполняющее прохладный утренний воздух, позволяло предположить, что весна не за горами.
Рита притормозила у столба с плохо читавшейся надписью «Колобановка». Она свернула на узкую тропинку и через некоторое время уперлась в тупик. Деревня представляла собой три ветхих домика. Вокруг первых двух отсутствовал забор, а пустые дворы выглядели весьма уныло. Третий дом, находящийся чуть в стороне, казался более презентабельным. Его окружала свежевыкрашенная изгородь, синие ставни были приветливо распахнуты, а из новенькой, обитой железом трубы струился дымок.
Рита постояла снаружи, собираясь с духом.
– Ну, чего стоишь, девка? – раздался надтреснутый голос у нее за спиной. – Заходи, коли пришла!
Обернувшись, она увидела сгорбленную старушку, такую древнюю, что даже побоялась предположить, сколько ей лет. Маленькое, сморщенное, как печеное яблоко, личико, вдоль и поперек испещренное морщинами, освещали на удивление ясные серые глаза. Они смотрели на Риту с любопытством.
Рита назвала фамилию женщины, которую сообщила ей Нина.
– Ну, и как у девки дела? – спросила она.
– Хорошо, не болеет.
– А ты чего пожаловала?
Рита не успела открыть рот, как Аглая Степановна взмахнула рукой, похожей на куриную лапку.
– Ладно, в дом пошли, а то на улице не след языками-то чесать!
Рите пришлось нагнуться, чтобы не удариться о притолоку в предбаннике. Движение не укрылось от старушки, и она рассмеялась. Смех у нее тоже был до странности молодым и звонким – так обычно смеются дети.
– Здоровенная ты! – со странным удовольствием отметила Аглая Степановна. – Ничего, в горнице потолки повыше.
Горница произвела на Риту приятное впечатление. Наверное, подумала она, в наши дни такое исконно русское убранство редко где встретишь. Древняя Аглая Степановна каким-то образом умудрялась содержать избушку в чистоте. Белые занавески на окнах, вышитая скатерть ручной работы на грубо сколоченном столе, повсюду вязаные коврики – на полу, на стенах и даже на сиденьях стульев. Люстра над столом старая, но плафоны чистые, словно недавно вымытые. Если даже Аглая Степановна неплохо зарабатывает своим странным ремеслом, то почему в избе нет более новых и дорогих вещей? Она могла бы, по крайней мере, купить телевизор!
– А мне и так неплохо, – усмехнулась старушка, и Рита вздрогнула, так как та буквально прочла ее мысли. – У меня есть все, что нужно.
– Дети в город перебрались… Я их не виню – чего здесь для них интересного? Ни работы, ни развлечений – только два пьяницы в соседних избах, Борька одноногий да Пашка юродивый!
– А не беспокоят они вас, Аглая Степановна? – поинтересовалась Рита.
