10
0Его губы почти не двигаются, но мне пофиг! Мои такие чувствительные, что мне кажется, пара минут несдержанных поцелуев и я кончу прямо так! Без его чудесного члена.
Уворачиваясь, он за шею и талию крепко прижимает меня к груди, поднимая свое лицо выше, чтобы я не могла дотянуться.
— Успокойся, детка! — умоляюще. — Мне нужно тебя осмотреть и покормить…
— Да, да, да, да… — шепчу я, постанывая. — Сначала ты меня покормишь…
Мои пальчики сжимают его уже твердый член.
— А потом я раздвину ножки, и проведешь медосмотр!
Сжимает крепче.
— Пожалуйста, Женечка…
— Ай! — притворно вскрикиваю я, зашипев словно от боли, и он тут же одергивает от меня руки. А по-другому от его хватки освободиться нереально!
— Что?… — беспокойно оглядывая меня.
— Сейчас расскажу… — двигаюсь я по его аппетитному торсу ниже, требовательно покусывая и наглаживая через брюки член.
— Да что ж такое? — психует он, подрываясь и перехватывая меня.
— Руки! — рявкаю я.
И они мгновенно отлетают от меня в стороны.
— Ну вот, — мурлыкаю я довольно. — Не мешай мне.
Кайфовать от облизывания его пресса он позволяет нам ровно пять секунд, после которых, ласково, но властно отстраняет меня. Ссаживает с себя и встает с кресла.
Мой взгляд зависает на его ширинке, которая маячит от меня в полуметре.
Усевшись на пяточки в позу Нижней, я кладу ладошки на ягодицы и распрямив красиво спинку, смотрю на него из-под ресниц.
— Б*ять… — закрывает он глаза, пробегаясь пятерней по волосам. — Нет, Женя!
Какой стойкий…
Присев передо мной на колени, он опять внимательно рассматривает моё лицо. Оттягивает веко, недовольно хмурясь. Уворачиваюсь. Боюсь, что заметит мои расплывающиеся от экстази зрачки.
— Замри! — тихо рявкает он, перехватывая меня за подбородок, и я уплываю от его властной подачи, превращаясь в мармеладный сгусток удовольствия.
В затылке бегают экстатические мурашки. Постанываю, облизывая чувствительные губы.
— Открой глаза. Что с твоими зрачками?
— Добрые люди полечили! — хихикаю я.
— Литинсткая!!! — взрывается он. — Что она дала тебе?
— Экстази… — признаюсь я.
Всё равно же узнает. Крис по-любому скажет ему. Так пусть хотя бы перепсихует, пока её нет рядом.
Схватившись за голову, он неразборчиво что-то бомочет.
Меня накрывает гораздо более мощной волной кайфа, и я падаю на спину, прогибаясь от ощущений.
Присаживается рядом, кладет мне на лоб ладонь, придерживая второй за талию и поглаживая пальцем.
— Сколько она дала тебе?
— Чуть-чуть…
— Это, б*ять, по каким меркам? Голодной, слабой… Женечка, полежи тихонечко, хорошо?
— Ох… — кручусь я под его руками. — Если ты еще раз скажешь «полижи»…
— Ты кушала?
— ДА! — хныкаю я от нетерпения.
