В тайге ночи тёмные

 — Где меня искать, ты знаешь.

— Спасибо, Саш, — произнесла негромко, чтобы не разбудить Пашу.

Перелёт дался её мальчику непросто. Тесные кресла, шум и тряска, из-за чего он, то пугался, то капризничал. Она и сама моментами вздрагивала, посадка тоже получилась не самой мягкой. А стоило сесть в машину, как Паша сразу уснул.

— Не за что, — вырулил на трассу. — В больницу?

— Да. Только… блин, там же с маленькими детьми нельзя.

— Ничего, я с Пашей побуду, не переживай.

В ответ она лишь посмотрела на него с благодарностью. И как же приятно вернуться домой. Правда, где именно теперь жить, большой вопрос.

В лес без отца не сунешься. Значит, первое время придется снимать номер в гостинице.

— Держится. Отец сказал, ему провели несколько процедур гемодиализа и состояние улучшилось.

А Лиза сейчас же отвернулась, чтобы не показывать слез.

— Не плачь. Все будет хорошо. Мы тоже поможем, другое дело, что он ото всего отказывается.

— Как я ему в глаза посмотрю, — произнесла чуть слышно.

— Лиза, не кори себя. Семен Аркадьевич недаром запретил нам что-либо тебе рассказывать, он знал о своей болезни.

— Как бы ни было, это его решение.

Тем более, я уже сказал, ему стало лучше. Он в сознании и настроен оптимистично.

— Да, ладно… хорошо, — вытерла слезы, — просто…

— Я прекрасно тебя понимаю, поверь.

Через два часа были на месте. Паша хоть и с большим нежеланием, но остался с Александром, а Лиза помчалась к отцу. В палату буквально ворвалась. Семен сидел на стуле у окна, читал газету, но когда повернулся, Лиза его не узнала. Отечное лицо, серый оттенок кожи, больной тусклый взгляд.

— Пап, — подошла к нему.

— А ты что здесь делаешь? — так и замер от неожиданности.

— Что я здесь делаю? — пролепетала сквозь слезы. — А как ты думаешь? — скорее обняла его.

— Убью Кольку. Или это Сашка проболтался?

— Какая разница. И ты хотел скрыть от меня все это? Почему? — блуждала взглядом по его лицу.

— Да потому, — произнес на выдохе.

— Что значит потому?

— То и значит, дочь, — уставился в газету. — Мой диагноз требует слишком больших затрат при этом с минимальной вероятностью выздоровления.

— Сумасшедший, — замотала головой. — Да как так можно? Решил тихонько умереть, пока я бы покоряла столицу? Так что ли?

— Какой у тебя диагноз?

— Острая почечная недостаточность, как осложнение после пневмонии.

Одну почку будут отнимать послезавтра, вторая останется на диализе. Так врач сказал.

— И долго вторая почка протянет на диализе? — а руки задрожали.

— Никто не знает. Лучше расскажи, как вы? Где Пашка? С Евгением?

— Нет. С Александром. Я прилетела одна.

— Да, мы не можем быть вместе.

— Опять любовь ушла, завяли помидоры? — усмехнулся.

— Мы не о том говорим.

— О себе я говорить не хочу однозначно.