0
0И все больше убеждалась, что была права: Марген-Дхиррайм снова использует ее в своих грязных играх.
Да, они заключили договор. Но это не отменяет ее договора с князем. Наверняка Эрисхайм везде ищет ее. А она сидит здесь, не имея ни малейшего представления, что происходит в Астерии или в Вальдхейме.
Нет, так больше нельзя. Она должна что-то сделать. Ожидание хуже смерти!
С этими мыслями Юна вскочила с кровати и отдернула шторы. А затем яростно затрясла колокольчик, на звук которого явилась Авилина.
Горничная всегда появлялась так быстро, словно все время стояла под дверью и только ждала сигнала. Сегодня она подала принцессе закрытое платье из темно-бордового муслина, расшитого гранатами.
Одевшись, Юна первым делом навестила отца в его комнате. Он все еще лежал в постели, когда она вошла. Скользнул по ней безучастным взглядом и уставился в потолок так, будто увидел там что-то интересное.
Юна невольно проследила за его взглядом.
Потолок здесь и вправду был хорош: инкрустированный азуритом и малиновым шерлом, щедро украшенный позолотой и перламутром. Но судя по тоске, застывшей в глазах Ульриха, он видел там что-то совсем другое.
– Отец… – Юна взяла его за руку.
– Она так прекрасна… – ответил он, не отводя глаз от потолка.
– Кто? – сердце девушки неприятно заныло.
– Юнона. Такая юная, такая красивая…
Юна опять взглянула на потолок.
Странное поведение отца пугало ее. И во второй раз пробудить в себе Исцеляющий огонь не получалось. Тогда все вышло спонтанно. Она действовала на инстинктах, на неудержимом порыве спасти родного человека. А теперь даже не понимала, как это сделала.
Явилась рыжеволосая служанка с завтраком. Юна поцеловала отца в холодный висок и вышла.
Где находится библиотека – принцесса не знала. А потому решила искать ее методом тыка, то есть просто заглядывать во все попадающиеся комнаты. Заодно и удовлетворить свое любопытство.
Но вскоре выяснилось, что это плохая идея. Комнат оказалось слишком много. Замок представлял собой трехэтажное сооружение из четырех корпусов, соединенных четырьмя круглыми башнями. У него был внутренний двор, где находился донжон, и внешний, обнесенный крепостными стенами с бруствером и зубцами. Сами стены были такими широкими, что там легко разошлись бы две телеги или кареты.
Юна прошла только два этажа, а ноги уже начали уставать. Она толкнула очередную дверь, но там оказались пустующие покои. Такие тут были на каждом шагу: вся мебель стоит на своих местах, шторы раздвинуты, нигде ни пылинки. Кажется, будто хозяева только что вышли. Но в то же время остро чувствуется, что здесь давно никто не бывал.
Большой портрет над каминной полкой привлек внимание девушки.
Юна не стала заходить внутрь. Стоя на пороге, вгляделась в лицо мужчины.
