Убиться веником

Она нервно курила одну сигарету за другой, потянулась за следующей и поняла, что пачка пуста. «Бедные хомячки! Их всех разорвало на куски, или я в себе целую лошадь убиваю?» — Аленка нервно хихикнула. Утро было прохладным, ветерок задувал довольно сильный, девушка зябко поежилась, коротенькое красное платье, сидевшее на ней не хуже, чем изделие любого из парижских домов мод, от него не спасало. Она вошла внутрь здания и услышала, что ЕГО самолет совершает посадку.

Сердце билось так, как будто девушка только что участвовала в соревнованиях по бегу и победила на короткой дистанции. Она волновалась, что они не узнают друга и затеряются в толпе. Стас обещал быть весь в белом, и Аленка стала напряженно вглядываться в идущих по полю пассажиров.

Стас, несший в руках небольшую дорожную сумку, действительно в светлых джинсах и белой рубашке, волновался еще сильнее Аленки. Сбывалась мечта всей его жизни. Далеко позади, за несколько тысяч километров остались дом и надоевшая бесконечными придирками жена, которая постоянно пыталась научить его жить правильно, жить, как все, жить не хуже, чем все. Под понятие «все» отчего-то подходили депутаты Государственной думы и олигархи, меньшее ее не устраивало. Стас вспомнил ее вечно недовольное выражение лица, капризную морщинку в углу губ, поморщился и отогнал прочь от себя неприятные воспоминания. Он давно бы развелся, если бы не ребенок, если бы не горячо им любимая дочка. И вдруг ему в глаза бросилась точеная, изящная фигурка, стоявшая с краю.

— Это ОНА! — Стас весь засветился от радости и протиснулся к ней.

— Ален… — Он протянул к ней руки, готовый обнять.

— Станислав… — Она не могла понять, что с ней происходит. Вот вроде бы тот, кого она ждала, но… на душе одинокая разноцветная кошка царапнула коготком, правда, потом успокоилась.

Им было о чем поговорить, им было о чем помолчать. Булочка изредка поглядывала на сидящего рядом Стаса и понимала, что она представляла его иначе. Телефонная и виртуальная версии одного и того же индивидуума сильно отличались от молодого человека, сидящего рядом с ней. Едва уловимое ощущение, которое трудно описать словами. Стас не заметил ее замешательства. С его точки зрения, все сложилось просто замечательно, правда, он запретил себе думать о том, что будет, когда через три дня ему придется возвращаться обратно.

Аленка затащила его пообедать быстренько в «Сбарро» и не приставала с неприятными вопросами до тех пор, пока они как следует не наелись.

— Скажи, ты правда женат? — Она долго тренировалась дома, произнося эту фразу с различными интонациями, и потому голос ее даже не дрожал.

Стаса второй раз за этот день опустили с небес на землю, правда, сейчас в переносном смысле этого слова, но от этого, увы, было не легче. Он откашлялся.