Твоя жизнь в моих руках (СИ)

Но его присутствие сдерживает.

Слышу их голоса за спиной. Её – обиженно разгневанный. Его – спокойный и безразличный.

Стоило переступить порог гостиничного номера, как следом отворилась и хлопнула дверь. Питон заявился.

Смотрела на него испуганно. Мне казалось, он слишком много выпил, чтобы отдавать отчёт своим действиям.

Его шаг ко мне. Мой шаг назад. Ещё и ещё. Пока спина не встретилась со стеной.

Встал вплотную ко мне, обдавая парами крепкого алкоголя и табака. От горячего сильного тела шло напряжение, заставляющее меня дышать чаще.

– Я мог бы неплохо провести время с твоей сестрой, Ромашка, – сообщает, заправляя прядь за ухо, – а ты помешала. Как будешь компенсировать свой просчёт?

– Что тебя останавливает? Иди догони её, – выдохнула, остро ощущая его близость.

Он не притрагивался ко мне. Стоял прямо, засунув руки в карманы брюк. И просто смотрел, будто ожидая от меня какого-то действия. Реакции. А всё, на что я была способна, – это замереть, как трусливый заяц.

В горле пересохло. Драло. Сглотнула, и его взгляд оказался на моей шее.

Нахмурился, думая о чём-то своём.

– Боюсь, тогда придётся приковать тебя наручниками к кровати. Опасно оставлять тебя одну, то и дело норовишь вляпаться в неприятности, – пристально взирал своими серыми, как пасмурное небо, глазами, продолжая стоять рядом. Мешая думать и дышать.

Его запах слишком глубоко пробирался под кожу. Едва сдерживала потребность качнуться в его сторону. Вздохнуть, наполнив им лёгкие.

В улыбке Питона читалось: ведь я твой дядя. Родственник. Мы одной крови. Я о тебе позабочусь, Ромашка. Пока ты мне нужна.

Сжала кулачки, вонзаясь короткими ногтями в ладонь.

Я почему-то не удивилась, что он способен исполнить озвученную угрозу. Запросто. Оружие у него имеется. Грубые металлические наручники тоже нашлись бы в багажнике.

Но тут же в мой мозг пробралась картинка того, как он забирается на меня сверху, прижимая к матрасу. Я слышу шуршание его брюк, пока он удобнее устраивается на мне. Как нависает надо мной, обнажённый по пояс. Как смотрит с желанием в глазах. С диким. Животным. Неконтролируемым.

Моргнула, надеясь стереть фантазию, оставившую влажный след в трусиках. Дыхание стало глубже. Тяжелее. И судя по изгибу его губ, он что-то понял.

Взирал на меня с высоты своего роста, расстёгивая пуговицы белой рубашки. Одну, вторую. Опускаясь ниже. С трудом оторвала взгляд от его запястья и длинных разбитых пальцев. Вернувшись к глазам. Лев смотрел на меня как кот, следящий за глупой мышкой, не знающей, что бежать некуда.

– Что ты делаешь? – тихо спрашиваю, вдруг сообразив, что я нахожусь наедине с мужчиной. В гостиничном номере. Если закричу, сюда кто-нибудь заявится? Очень сомневаюсь.

Отворачивается от меня, снимая рубашку. Небрежно бросает на кресло.