4
0Намокшие пряди упали на лицо, она их неспешно убрала.
– Трогала, когда подмывалась. Иногда внутрь вставляла пальчик. Но я не понимала и не понимаю, как. Видела по интернету, как девушки ласкают сами себя, доводят до оргазма, но у меня не получалось. Я исследовала своё тело, знаю, где находится клитор… – а вот говорила она поспешно, немного спотыкаясь. Воробушек решилась на откровенность и, пока смелость не закончилась, рассказывала всё, как на духу. – Груди трогала. Но опять же… Я ни разу не кончала. Не до этого было.
Руслан слушал её, впитывая каждое слово и представляя, как Воробушек ручкой пробирается под спальные шорты или задирает верх сатиновой сорочки, чтобы дотронуться до сведенных бедер. Робко и между тем игриво. Перебирает складочки…
Проклятье.
– Я хочу, чтобы ты научилась кончать. Поэтому давай бери мочалку, гель, намыливай себя, маленькая.
Её глаза распахнулись. Она смотрела на него, и в них отражалось полное недоверие.
– Что?
– Ты меня слышала.
Руслану нравилось наблюдать за ней. Видеть, как она преодолевает себя шаг за шагом. Её смущение и сдерживаемая злость заводили его, как ни один профессиональный стриптиз.
Водная рябь мало что скрывала, но и не показывала в достаточной мере. То есть Руслан видел её тело, но не подробности. Изгибы, но не плоть.
Возможно, в данной ситуации это было хорошо.
Иначе… Он не гарантировал, что сдержал бы своего зверя.
– То есть я должна буду за эти дни, что долечиваюсь, и ты меня не трогаешь, научиться кончать?
Она задала вопрос и одновременно потянулась за мочалкой и гелем. Груди приятно колыхнулись, соски скользнули по краю воды. Коваль сразу же представил, как они царапают его грудь. В паху прострельнуло, яйца заломили с удвоенной силой.
– Люблю, когда всё схватывают на лету.
Уголки губ Кати чуть дрогнули.
– Может, мне стоит притвориться глупенькой?
Её голос немного осел, приобрел хриплые нотки. С чем это связано, пока непонятно, но интересно.
– Не хочешь мне угодить?
Тонкая женская рука, державшая мочалку, замерла в воздухе.
– Руслан, я не твоего поля игрок, – Катя выдавила из тюбика гель.
– А ты пробовала? Хотя бы раз?
Катя задышала ещё тяжелее. Поднесла мочалку к ключицам. Замерла. Руслан тоже замер. Даже зверь внутри него на доли секунды перестал дышать, полностью сосредоточившись на своем Воробушке. Коваль был уверен, что его уже ничто не может удивить.
Хотя, думая о Кате, он предполагал, что его звериная сущность, алчная и ненасытная, может повестить на чистоту. На незапятнанную невинность. На честность в глазах и словах.
Она зацепила его. Основательно так. Не красота. Не идеально соблазнительное тело и ни с чем не сравнимая куночка. Другое.
Но пока то другое отходило на задний план.
