Цианид

Я зашла в спальню, сняла платье, подол которого был залит моими слезами и каплями потекшей туши, открыла шкаф в поисках другой одежды и… внезапно что-то заставило меня застыть на месте. Какое-то неясное подозрение. Я распахнула ту часть гардеробного шкафа, где были вещи Митчелла: несколько простых рубашек, толстовок и стопка футболок. В верхние отделения я никогда не заглядывала, но теперь внутренний голос приказал мне сделать это. Я забралась на стул и открыла верхние дверцы.

Здесь тоже была одежда, но это было совсем не то, что Митчелл обычно носил. Я увидела ярлыки, и мои глаза полезли на лоб: несколько курток и толстовок от Stone Island, рубашки Boss и немыслимо дорогие дизайнерские футболки, обувь от Balenciaga, кожаные ремни от Gucci. Я залезла в самый верхний ящик и обомлела. Там лежали очень дорогие аксессуары и часы, а также несколько пустых коробок от бижутерии с чеками и сертификатами. Та цепочка, которую Митчелл носил на шее, была сделана из платины и стоила десять тысяч евро. Сертификат был выписан на его имя. Вещи, на которые простой курьер не в состоянии заработать, даже если сотрет себя в порошок, развозя заказы.

Я сползла с табурета и села на кровать. Мозг беспомощно тонул во всей этой информации: наркокурьер, преступник, отсидел, был связан с бандой!

Я закрыла лицо руками, размазывая по лицу слезы и сопли. Телефон снова зазвонил, и я вздрогнула, словно услышала не рингтон, а вопль.

– Все в порядке? – спросил Митчелл, когда я приняла звонок. – Может подобрать тебя где-то?

– Не надо, – ответила я таким голосом, что сама его не узнала. – Было много работы. Я скоро буду.

Я все равно не смогу прятаться, оттягивать этот разговор и делать вид, что ничего не случилось. Мне нужно было выяснить все прямо сейчас, пока моя крыша не слетела окончательно.

То платье, в котором я планировала поехать на вечеринку и которое залила слезами и тушью, невозможно было наспех привести в порядок. Я вынула из шкафа другое – белое, обтягивающее, с глубоким вырезом на спине. Пожалуй, оно было слишком откровенным. Из-за открытой спины его нужно было носить без лифчика, но ткань была очень тонкой, и через нее просвечивали соски. Слишком расстроенная, чтобы париться над этой проблемой и искать решение, я просто разделила волосы на две части и позволила им струиться по груди.

Подходящие к платью туфли тоже плевали на все приличия: каблук был слишком, почти порнографически высоким. И на это тоже плевать, подумала я, наспех приводя лицо в порядок и выстраивая в голове план разговора. Я была хороша в построении планов, например, на раз-два могла расписать план большой статьи. Однако, когда доходило до реальной жизни, мои планы почему-то рушились быстрее, чем я успевала дописать их до конца.

А потом я увидела Митчелла.