Целитель и сид

Скользкий от крови узел не поддавался, и я бормотала себе под нос ругательства, пока одним из ключей мне не удалось расковырять и ослабить веревку. Кровь в конечность следовало пускать понемногу, чтобы избежать шока. Пока ток крови постепенно восстанавливался, я все больше ослабляла жгут, а потом остановила начавшееся было кровотечение.

М-да… это было трудно, но я справилась.

Я подняла голову, и только тут поняла, что на арене царила подозрительная тишина. Рядом стояли воины-сиды, направившие на нас с фомором заряженные арбалеты. Вернее, только на фомора. Коты сидели вокруг и явно караулили пленника.

Ожидание грозило затянуться.

У меня был совершенно недвусмысленный приказ Рейвена, так что я рискнула обратиться к одному из воинов.

— Мне нужно все для перевязки. Возможно, в шиэн есть придворный лекарь? Вы можете позвать его сюда со всеми необходимыми для больного средствами? — спросила я.

— У нас нет указаний… гостья, — довольно неучтиво ответил тот самый золотоволосый сид, которого я чуть раньше согнала с места.

Очевидно, их природная злопамятность распространялась даже на такие мелочи.

— Ваш повелитель велел, чтобы я сделала все, чтобы фомор дожил до его возвращения, — сказала я.

И этот тоже играет словами. Интересно, он задумывается о том, что гнев правителя падет и на него тоже, если пленник умрет? Я чувствовала, что умолять и просить бесполезно. Этот сид был у воинов за главного.

Чрезмерно красивый, на мой вкус, и волосы он распустил, как женщина, что хорошо на приеме во дворце, но совсем бесполезно на поле боя. Думаю, он вряд ли оценит, если я скажу ему об этом.

Я отвела взгляд, сосредотачиваясь на моем пленнике. Моих сил не хватит, чтобы долго поддерживать жизнь в пациенте. Рейвен тоже неизвестно когда вернется.

Снова повернувшись к тому неприветливому воину, я спросила:

— Я собираюсь освободить фомора. Если он пообещает не сбегать, вы не тронете его?

Не успел он ответить, как со мной заговорила Бау Аэнор. Хорошо поставленный голос, даже негромкий, было хорошо слышно.

— Если он клянется в этом, то никто из воинов нашего клана его не тронет, — сказала она.

Ясно. Помогать мне никто из них не будет, но и мешать тоже. И то хлеб.

— Данна, вы можете поклясться, что не сбежите, если я сниму с вас оковы? Тогда мне легче будет вас лечить.

Я ждала, что он решит. Фактически, это было равносильно решению: жить или умереть.

— Как тебя зовут? — прошептал фомор.

— Что?.. Ах… Твигги из Рэнса.

— Я, прозванный Квентин… клянусь… Твигги из Рэнса… не делать попыток к бегству, когда она освободит меня, — сказал он. — А если солгу, меня покарает Эхас, а мои холмы больше… не зазеленеют.

Поскольку мне не разрешали покинуть амфитеатр, я пожелала, а шиэн доставил мне множество вещей.