5
0Ну и ну! Вот как маги из Гильдии способны управлять развитием событий!!! Теперь понятно, как они смогли переломить ситуацию в войне с Тета. Если выбирать из всех вариантов будущего только те, где оружие противника промахивается, а техника глохнет, то вероятностные маги не могли не победить. Ну а если одновременно притянуть удачу к своим войскам, победа будет несомненной.
— А стекло не лопнет?
— Не должно. Эти емкости специально заказывают у стеклодувов. Похожие по свойствам поставляют виноделам для игристых вин.
— Но там давление распределяется изнутри вовне. А тут… Да еще и разница между двумя частями сосуда. Рано или поздно он разобьется, — заключила я. — Или пузырь лопнет.
— А у меня есть запасной, — торжественно заявил Хельги и вдруг добавил, декламируя нараспев, — Девы ученой /клинок познанья, /познанья горечь, /сладость забвенья, /на древе копья, /платы не зная, /знанием заплатит, /деву не узнает /кровную под кровом…
Волна Силы коснулась меня и всех окружающих. У северянина закатились глаза, и фиал лопнул, разлетевшись в его руках. Потекла кровь, и мужчина очнулся.
— Хельги! Что с тобой? — закричала Ингибьорг.
— Да что же это такое? Что с ним такое?! — верещала Флори.
— Заткнись. Принеси бинты и все для перевязки, — цыкнула на нее я, осторожно извлекая из ладоней Хельги особо крупные осколки. — Пинцет не забудь! И тазик с кипяченой водой.
Я усадила Хельги на мостовую, куда Кольр постелил свою накидку. Кровь текла, но не очень быстро. Я перетянула платком запястье наиболее поврежденной руки. Основной опасностью было повреждение крупных сосудов. К счастью, до этого не дошло, но все равно все вокруг было в крови.
— И что это было? — спросил Кольр у Хельги. — С тобой такое раньше уже случались такие припадки?
— Припадки? — удивился Хельги. Лицо его выражало недоумение. — Что случилось?
— Ты не помнишь? — спросила я. Я проверила его зрачки, но все было в порядке. — Ты читал стихи, а потом фиал разбился.
— Стихи? — он смутился. — Так было и в тот раз, когда я сложил нид. А что я сказал? Вы не запомнили?
Я, как могла, припомнила слова. Я поняла дословный смысл слов, но глубинный мне был недоступен. Хельги задумался. Флори наконец притащила все необходимое, и мы с Ингибьорг занялись руками раненого.
В конце концов я извлекла все осколки, остановила кровь и стала заживлять порезы.
Ночь меня вымотала, и сил осталось мало. Я попросила Анисет о милости, и сила Жизни полилась живительным потоком. Я с благодарностью наблюдала, как закрываются раны, появляется струп, опадает, и под ним — новая розовая кожа без мозолей, как у новорожденного. Ингибьорг забрала у меня инструменты и окровавленные бинты и тампоны.
— Ну, вот и все, — выдохнула я. — Попробуй пошевелить руками.
