2
0Другими словами, промышленный центр, предназначение которого – работать, работать и ещё раз работать.
На шоссе разведчики встретили и грузовики, и легковые автомобили, на улицах Пучербумбля разглядели мотоциклеты, окончательно убедились, что их средство передвижения внимания не привлечёт, а значит, можно спокойно въезжать в город.
Ну, как спокойно – оставаясь настороже, конечно же.
– Ты уверен, что мы отыщем здесь библиотеку? – спросил Аксель, поднимаясь и убирая бинокль в футляр.
– Почему ты спросил?
– Городишко не выглядит университетским центром. Скорее, как поселение, предназначенное для недавно освободившихся каторжников.
– Что ты имеешь против каторжников?
– Ничего, пока они на каторге.
– Там они расплачиваются за старые грехи.
– И готовятся к новым, – перебил Бабарского Аксель. – А почему ты спросил о каторжниках?
– В Пучербумбле есть школы. – Суперкарго предпочёл сменить тему.
– Разглядел. – И, не удержавшись, добавил: – Даже у бывших каторжников бывают дети.
– Кто-то должен учить их молиться и работать.
– Хочу напомнить, что мы едем в этот город, – с неожиданной кротостью напомнил ИХ. А затем опустил бинокль и посмотрел Крачину в глаза. – И если ты будешь на каждом шагу высокомерно демонстрировать своё превосходство, то мы можем разворачиваться и уезжать ни с чем прямо сейчас – чтобы не терять время.
Несколько мгновений Аксель молчал, глядя на внезапно посерьёзневшего суперкарго, а затем чуть заметно пожал плечами:
– Извини, – показав, что всё понял и всё понял правильно.
– И постарайся держать себя в руках, – продолжил ИХ, кивнув на висящую в наплечной кобуре бамбаду – она стала видна после того, как Крачин расстегнул куртку.
– Хочу напомнить, что в неприятности нас обычно втягиваешь ты, – не остался в долгу Аксель.
– Только по необходимости.
– Какая может быть необходимость в неприятностях?
– Пораскинь мозгами.
– Отсутствие местных наличных?
– Неужели ты предлагаешь кого-нибудь ограбить? – притворно изумился ИХ.
– А как ты собираешься покупать библиотеку? В кредит? Или векселями банков Ожерелья?
– М-дя… подсунули мне напарника, ничего не скажешь.
Эту фразу Крачин прокомментировал настолько выразительным взглядом, что Бабарский счёл благоразумным продемонстрировать одну из самых обаятельных своих улыбок:
– Поехали, Аксель, поехали… А насчёт местных денег не волнуйся – что-нибудь придумаем.
ИХ велел въезжать через ближайший к ним район, небольшой, отчётливо выделяющийся на панораме безликими, одинаково серыми и одинаково прямоугольными зданиями в три-пять этажей, сжатый справа заводскими, а слева – портовыми кварталами.
