Только с тобой (СИ)

Иначе парень сбежит быстрей, чем мы отметим нашу первую годовщину. Как только думаю, что впереди нас ждет много чего «первого» на лицо тянется улыбка и во рту появляется сладкий привкус.

Неужели любовь именно такая?

Папа возвращается вечером с бутылкой шампанского и вина. Говорит, вести задушевные беседы лучше под виноградные напитки. Я смущаюсь немного, а Лилька шутит, что вечерний ужин походит больше на сватовство. Ее слова настолько поражают мои уши, что лицо не выдерживает, заливается алой краской.

К назначенному времени переодеваюсь, решаю быть в платье. Кручусь перед зеркалом, то и дело пытаюсь подобрать тени или цвет помады. Папа при виде этого лишь молча хихикает. И в эти минуты, он мне почему-то напоминает Кирилла. Есть что-то общее в их поведении. Даже вот эти смешки и шуточки.

Когда Соболев звонит в дверь, я едва не подпрыгиваю. Волнуюсь жутко. Вспоминаю наш разговор про его отъезд, и думаю, как хочется провести побольше вместе времени перед этим. Чтобы потом не скучать. Хотя кого я обманываю. Разве можно не скучать?

К двери подбегаю быстрей, чем мама успевает высунуть голову с кухни. Мы сталкиваемся взглядами, и она кивает на замок, мол не хорошо заставлять гостя ждать.

— Привет, — едва слышно отзываюсь, пытаясь разглядеть за большим, просто огромным букетом ромашек своего парня.

— Бери скорей, а то рука отвалиться. У меня тут вообще-то их два, — командует Кирилл, и я обхватываю цветы, прижимая к самому сердцу. Вдыхаю их едва уловимый аромат, от чего лепестки чуть поднимаются вверх. Такие красивые и невинные, будто само лето зашло в гости.

— Добрый… ой, какой букет, — разлетается мамин голос. Оглядываюсь на нее, а она тоже, кажется, поражена объёмчиком.

— А это вам, — вытаскивает из-за спины Соболев второй букет, только не ромашек, а красных голландских роз на высокой ножке.

— М-мне? — теряется родительница и как-то даже смущается. Вот это да. Смотрю на нее, и там спектр эмоций меняется с каждой секундой: шок, осознание, радость.

— Да тут у нас полная боевая артиллерия, — вырастает из-за спины папа, усмехаясь. А мы что? Мы с мамой стоим и молча хлопаем ресницами, пытаясь внять реальности. Однако обе довольные, и тут, конечно, Кирилл попал в самое яблочко. Однозначно поразил мамино сердце. Цветы она любит. Особенно красные. Особенно розы.

Соболев разувается, проходит на кухню, к счастью, отец берет инициативу принятия гостя на себя. Они о чем-то беседует, пока мы ищем вазы и место под свои подарки. Лилька тоже охает, говорит, что столько ромашек в одном месте никогда не видела.

— Ну, долго вы там? — кричит папа с кухни. Весь вечер мама мариновала его голодом, сообщив, что ужинать будем только все вместе.

— Идем, — отзывается родительница.