4
0Я никогда за свою жизнь не болел и не жаловался на здоровье, а вот со слов товарища, у него такие изменения наступили только после пробуждения дара. Ранее он был абсолютно обычным ребёнком и что такое ангина, знал не понаслышке.
— Знаешь, что я подслушал у взрослых?
Повернувшись к другу, я обнаружил на его лице признаки явного нетерпения. Товарищ жаждал поделиться новостью.
— Они договариваются свозить первоклассников в город на экскурсию!
— Честно? — сказанное неожиданно разбудило в моей душе любопытного ребёнка.
— А то! Обговаривают детали поездки.
— А куда именно? Океанариум, зоопарк или что-то ещё?
— Ну… на этом моменте меня выгнали из комнаты. — грустно вздохнул Максим. — Так что не знаю.
Съездить в город было давнишней мечтой моего детства. И изменить желания ребёнка не смог ни дед в голове, так или иначе постепенно передающий мне свои знания, ни память моей прошлой жизни. Порой задумываясь над подобными метаморфозами, я всё чаще приходил к выводу, что я уже не тот прожжённый фронтовой жизнью мужик, мотающий третий десяток лет. Нет, теперь я активно растущий и не по годам развитый, но всё же мальчишка. Со своими страхами, радостями, желаниями и присущим данному возрасту любопытством. Надолго ли во мне всё это? Вопрос без явного ответа. Скорее всего, всё будет зависеть от окружающих обстоятельств, от того, как быстро меня заставит повзрослеть сама жизнь.
За такой беседой мы с Максимом вошли в школьную раздевалку. У начальных классов физкультура проводилась объединённым уроком, но сегодня, по какому-то недоразумению, с нами вместе в спортзал пришли и старшеклассники.
Судя по разговору, ребята учились в четвёртом «Б», чем отчего-то сильно гордились. Входя внутрь помещения, я отметил столпотворение и лёгкие возгласы возмущения. Всех моих одногодок согнали в угол комнаты, а напротив них вышел какой-то парень из числа заканчивающих начальную школу.
— Малышня, шмотки свои собрали и вон там в уголок сложили. — грозно пробурчал один из парней, оглядывая первоклассников. — А то разложились тут.
Это был среднего роста, относительно своих одногодок, парень, с белобрысыми волосами и сечкой над бровью. Её он, оглядывая окружающих, высоко задирал и смотрел на нас предельно недовольным взглядом, выискивая тех, кто решится сказать что-то против.
— И куда нам их там сложить? Там же даже для пятерых не хватит мес… — попытался возразить Коля, парень с моего класса.
— Меня что, волнует? — перебил этот быдло-зверёк, как я его окрестил для себя.
При этом, взгляд его был наполнен такой пугающей яростью, что ни Коля, ни кто-то другой в раздевалке возразить не решился. Почти никто.
