Точка Бифуркации #1

Когда я сообщил Вячеславу то, что желаю в качестве откупных получить их автомобиль, ожидаемо, его глаза полезли на лоб. И дело не в том, что их внедорожник был далеко не из дешёвых. Такую потерю будет невозможно укрыть от своих же коллег, а значит и самого графа Вяземского.

— Поймите меня верно, ваше предложение для нас равно самоубийству. — начал старательно мне всё объяснять собеседник. — Мы идём на эту сделку, чтобы замять конфликт и не дать ему огласки. Передача автомобиля приведёт к прямо противоположному эффекту. — лицо говорившего приняло просительный вид.

— Вы идёте на эту сделку, Вячеслав, чтобы выйти из моего дома живыми. — мрачно оглядел я сидящего напротив человека. — Но я готов сделать шаг вам на встречу, если ваше предложение по урегулированию этого конфликта не окажется пустой тратой моего времени.

Трудно воспринимать подобные речи от семилетнего ребёнка, но жёсткая энергетика, пронзительный взгляд и уверенность которую я излучал, а также все предшествующие события, не оставляли собеседнику и малейших сомнений. Славика проняло. Слуга Вяземских с трудом сохранял внешнее спокойствие и судорожно соображал как вывернуться из ситуации.

В конечном итоге я дал согласие разрешить конфликт путём передачи в свою пользу серьёзной, по общим меркам, суммы денег. Деньги, к слову, бойцы в охране зарабатывали неплохие — нам тут в деревне такие зарплаты и не снились. Поэтому зло поглядывая друг на друга и недовольно на меня, они наскребли нужную сумму ковыряясь в своих телефонах и отправились снимать их с банкомата.

Не продешевить в этом вопросе мне помогла Кали, которая подслушивала их диалоги весь вечер, и примерно понимала финансовые возможности каждого.

Голос в моей голове бесновался, настаивая оставить этих людей не только ни с чем, но ещё и в долгах, но я принял другое решение. Суть его была в том, что Вяземские заплатили ровно столько, чтобы потеря была очень существенная, но в тоже время они были рады, что остались живы и потеряли только деньги.

Через час у меня в прихожей стояла сумка с двумя миллионами рублей, пересчитав которые я отпустил этих бедолаг на все четыре стороны.

Сделать это побыстрее я хотел по двум причинам: во-первых, отправить разгневанного деда в голове опять спать, а во-вторых, отдых от всего навалившегося требовался и мне самому.

— Не жалко тебе их было так облапошить? — задумчиво оглядел меня дядя Святогор.

Было видно, что задаёт он этот вопрос не из-за сочувствия к получившим по заслугам людям, а исключительно переживая за меня.

— Нет. Они бы меня убили и глазом не моргнув, будь у них такая возможность. — спокойно ответил учителю.

— Ты изменился. — тем же тоном произнёс дядя.

— Давно. — вздохнул я. — Просто сейчас это было уже невозможно маскировать.