7
0Коваль лишь присвистнул. – На тот момент Адамова вообще не жила в Солнечногорске и работала в столице. Мы сейчас поднимаем ее биографию, чтобы вытряхнуть побольше деталей, но, может быть, вы сможете нам помочь понять, есть ли нити, которые связывали бы ее с Панкратовым ранее, чем она сюда переехала.
Под занавес пламенной речи Моджеевского Коваль вскочил со своего места и подошел ближе к Андрею Никитичу, проговорив:
- Это исключительно для ее же блага. Если мы это сделаем раньше полиции, то будет хотя бы выиграно время, чтобы смягчить последствия.
- Это как – «смягчить»? – воззрился на него Малич.
- Правильно выстроить линию защиты.
- Арсен, мы не в суде! – рявкнул Роман. – На любой аргумент всегда найдется другой, Андрей Никитич. И любому поступку свое объяснение. Скоро и до вас начнут докапываться. И я хочу максимально оградить свою семью от любого рода скандалов. А Панкратова наоборот заинтересована в создании негативного образа вашей... Адамовой.
- Вы знаете, что она проходила лечение в частной психиатрической больнице два года назад? – рубанул Коваль.
- И там познакомилась с киллером, вероятно, - мрачно пошутил Андрей Никитич.
- Не обязательно! – без тени улыбки отреагировал Арсен. – У нас еще три рабочие версии имеются относительно личности заказчика. Но информация про больничку следакам, вероятно, очень понравится. Ей такой психологический портрет сочинят – вы сами засомневаетесь, знаете ли ее.
- Но вы же не следаки.
- Угу. Следаки с ней, кстати, сегодня должны общаться. Сорока на хвосте донесла.
Значит, не знала. Сегодня узнает. Обычная и привычная.
- Черт! – буркнул Малич, глянул на часы, отмечая про себя, что не только он ей, но и Стеша ему давно не звонила, и что с ней происходит прямо сейчас – вообще неизвестно, и после некоторого раздумья, снедаемый тысячью мыслей, он выдал: - Мне просто интересно. Где и как она могла его откопать? И чем платила? Я, конечно, расценок не знаю, но мне кажется, вряд ли актриса провинциального театра зарабатывает на киллера.
- А деньги, переведенные на ее счет? – отрезал Коваль.
- А она их потратила? – так же резко отозвался Андрей Никитич.
Наблюдавший за их потасовкой Моджеевский, в конце концов, не выдержал и буркнул:
- Брейк! Может, кофе кто-нибудь будет? Со льдом.
- В другой раз кофе, - отказался Малич и поднялся. – Не сходится что-то. Или даже все не сходится. Понятно, что она удобная груша. Но вы же и сами понимаете, что не сходится!
- Не сходится, - согласился с ним Роман и тоже встал. – Ни черта не сходится. Ни с ней, ни с Гошаном. Потому я только один раз у вас спрошу, Андрей Никитич. Хотите обижайтесь, хотите нет. Больше не стану. Стефания Адамова, которая вам известна, могла его убить или нет?
- Ну если и могла, то исключительно лично. Сковородой по голове.
