The Мечты. Бес и ребро

И без лишних объяснений и прочего многословия провозгласила: - На штрафстоянке!

Он кивнул, забрал ключи с документами и счел нужным поинтересоваться:

- А ваш клоп как себя чувствует? Может, помощь какая нужна?

- Какой ещё клоп? – не поняла она.

- Машина ваша, - рассмеялся Андрей Никитич. И вдруг подумал, что они друг другу подходят – барышня и ее автомобиль. Маленькие, яркие и гламурные.

Ее бровь чуть заметно дернулась. Точно так же дернулась и капризная нижняя губа, но свою недоулыбку она быстро пригасила, деловито сообщив:

- Мал золотник, да дорог. Чинить мне ее будет этот... псих! Хочет он того или нет. И вашу тоже, кстати! Я согласна только оплатить ваше пребывание на штрафстоянке, но у меня вариантов не было. Куда бы я ее девала? А менты говорят, проезжей части мешает!

- Со штрафстоянкой и сам разберусь, - отмахнулся Малич. – А давайте… я вам телефон свой оставлю. Мало ли, вдруг чего понадобится.

- Что мне от вас может понадобиться? – хмыкнула она. – В доблестные органы вас и без меня вызовут в случае необходимости. В суд тоже… хотя, конечно, лучше бы этот дебил до суда не стал доводить.

- В нашей деревне на каждую связь найдется другая, - рассмеялся Андрей Никитич и подмигнул. – Вот у меня точно найдется, если что.

- Это вы таким образом категорически настаиваете на обмене номерами? – улыбнулась фиалка.

- Пытаюсь загладить вчерашний косяк.

- Все косячат, - она прошлепала по полу до тумбочки, открыла ящик, порылась теперь в нем. Не барышня – тот еще крот, хотя движения ее казались спокойными и очень женственными. Через мгновение перед носом Малича оказались блокнот и ручка, а актриса поистине царственным тоном «разрешила»: - Ну пишите… и правда – мало ли…

- Ну тогда, наверное, все, да? – протягивая ей обратно блокнот с начертанными в нем цифрами и буквами, спросил Андрей Никитич и опять расплылся в улыбке. Черт его знает, почему она вызывала в нем желание улыбаться. – Поеду искать своего японца.

- Я – по обстоятельствам.

- Обстоятельства под вас подстраиваются или вы под них? 

- А вы всегда такая суровая или только когда вас будят? – быстро отозвался Малич и только потом подумал: чего это он такое творит? Фиалка, впрочем, похоже, не удивилась. Только пожала плечами и пояснила:

- Нет, это я еще милая. И только потому, что сама вашу машину подмяла. Я вчера легла в три – потому на завтрак не приглашаю. 

- Ну простите, так получилось, - развел он руками. – Больше постараюсь не будить. Счастливо оставаться.

С этими словами Андрей Никитич развернулся и уверенно потопал к выходу. Она шлепала за ним – дверь закрывать. И в спину ему раздалось:

Спасибо рабовладельцу

Сама она, впрочем, чувствовала себя разболевшейся, и, если бы не утренний визит незваного гостя, скорее всего, до самого обеда валялась бы в постели.