Себе она взяла апероль и в ожидании аперитивов продолжила обрабатывать собеседника.
— Ты сразу же меня заинтересовал, — заявила она. — Я давно не встречала таких необычных мужчин.
— И что же во мне необычного? — усмехнулся Макс.
— Ты знаешь, кто я такая, но совсем не боишься меня, не заискиваешь, — неожиданно для себя сказала правду Белла, — я привыкла к поклонению, но зачастую хочется просто провести с кем-то время на равных.
— О, я тоже рассчитываю на равное и плодотворное партнёрство, — тут же с энтузиазмом отозвался Макс, — наши кланы могут активно вести совместные дела.
Изабелла кое-как сдерживала себя, чтобы на её лице не отобразилась вся гамма чувств, которую она испытывала в этот момент.
Он дурак? Или это её держит за дуру? Ей что, нужно пересесть к нему на колени, чтобы он понял намёк и перестал, наконец, нести всю эту чушь про договоры, которые никогда не состоятся.
Однако вслух она сказала совершенно иное:
— Ты абсолютно прав.
Ей составило большого труда, чтобы удержать при этом невозмутимую физиономию.
— Рад, что ты это понимаешь, — снисходительно улыбнулся он, из-за чего Белле захотелось швырнуть ему в лицо тарелку.
Но она не собиралась отступать. Слишком далеко она уже зашла. Слишком много потеряла. Если она хочет сохранить лицо перед кланом, то ей просто необходимо довести дело до конца.
И поэтому Изабелла активно заговаривала Рихтеру зубы, соглашаясь практически со всем, о чём он заводил речь, чтобы вновь свести всё к флирту.
И, в конце концов, она своего добилась. Макс согласился после ресторана заглянуть к ней в номер. На кофе.
О, из коттеджа, который она сняла, открывался поистине изумительный вид. И она действительно собиралась разделить с ним кофе на веранде, прямо возле местного маленького моря.
Этот наглец должен быть благодарен, что смерть его настигнет в таком прекрасном месте. И после ночи с ней, девушкой, о которой в обычных обстоятельствах, он не мог бы даже мечтать.
Это была первая мысль, которая посетила Изабеллу Веласко после того, как она проснулась.
Девушка в одиночестве лежала на большой круглой кровати в форме гигантской ракушки. Окна были открыты, и свежий морской бриз приятно щекотал её кожу. Вставать не хотелось совершенно.










