Телохранитель для дочери

Повертев головой по сторонам, мы с Марком заметили какие-то чешуйчатые фрукты, в которых я узнала черимойю, стоило подойти ближе. Это достаточно большой фрукт, кожура которого напоминала драконью чешую.

– Рви бурые, – скомандовала я, наблюдая за тем, как Марк забирается на дерево и начинает срывать фрукты, кидая мне в руки. – Рви больше!

Мужчина хмыкнул, продолжая одной рукой держаться за ствол дерева, а другой работать на благо наших голодных ртов.

– Ну, хватит, – я собрала все в сумку и посмотрела наверх. – Слезай! Я есть хочу!

– Отстань, я уже давно не мальчик, чтобы по деревьям за доли секунд спускаться!

– Да брось, ты в самом расцвете лет!

Мужчина спрыгнул на землю и подошел ко мне, заглядывая в сумку с запасом черимойи.

– Страшные фрукты. Ты уверена, что это можно есть?

– Уверена, – ответила, проходя обратно на каменистый берег и располагаясь под деревом. – Я как-то смотрела передачу по телевизору, в ней рассказывали про этот фрукт. Ее нужно разрезать пополам.

Марк скривился, но все-таки сел рядом со мной и достал из шорт свой перочинный нож, начиная разрезать первый фрукт. Протянув одну половину мне, а вторую оставив себе, он недоверчиво понюхал мякоть и только после того, как я оторвала кусочек и положила его в рот, стал тоже пробовать. Вкус черимойи напоминал яблочное пюре в сладком сметанном креме с легкой кислинкой. После ягод, бананов и рыбы – это было пищей богов.

– Ладно, признаю – это достаточно вкусно, – Марк достал второй фрукт и тоже разрезал, протягивая мне половину. – Если бы ты не посмотрела тут передачу, то мы опять могли завтракать бананами.

Мы засмеялись, продолжая есть и радоваться, что в нашем рационе присутствует что-то новенькое.

Потом, сняв с себя верхнюю одежду, мы забрались в воду, наслаждаясь прохладой и красотой этого места. На берег я выбралась немного позже Марка – все никак не могла нарадоваться такому мгновению. Прошлепав мокрыми ногами по берегу, я села рядом с брюнетом, обхватив колени руками. Какое-то время мы, молча, смотрели на водопад, но я решила нарушить эту тишину.

– Что значит твоя татуировка?

– Хладнокровность, – тихо проговорил он. – Там, где я служил, это качество очень ценилось. Я никогда не сомневался в своих действиях, и у меня никогда не дрожала рука. Я действовал четко и слаженно, придерживаясь плана, но если что-то выходило из-под контроля – брал ситуацию в свои руки и доводил дело до конца. Ко мне быстро привязалась кличка «Змей», а потом ребята предложили мне увековечить это «звание» в виде татуировки. Вот и вся история.

Я перевела взгляд на его лопатку, где и виднелась та самая татуировка.

Протянув ладонь, я провела по ней пальцами и почувствовала, как Марк мелко вздрогнул, а потом обернулся.