Телохранитель для дочери

Кончено, я не думал, что ты такое мне устроишь, но после примирительной трапезы у ларька с шаурмой, я думаю, что между нами мир, дружба и жвачка, или я ошибаюсь?

«Ошибаешься, Марк, ох, как ошибаешься!»

Как мне с ним дружить, если я хочу поцеловать его в губы? Где он такой взялся-то?

– Конечно мир, – я улыбнулась, обращая внимание на другую бортпроводницу, которая ходила по проходу, интересуясь, все ли у людей хорошо. Подойдя к нам, она улыбнулась Марку, полностью игнорируя мое присутствие, кажется, мой телохранитель действует на слабый пол как липучка для мух.

– У нас все хорошо, спасибо, – брюнет тут же отвернулся от нее, переводя свой взгляд на хмурую меня.

Девушка тут же выпрямилась, не меняя выражения своего дежурного лица, качнула бедрами и пошла дальше, больше не смотря в нашу с Марком сторону.

– Просьба пристегнуть ремни, – услышала я из динамиков.

Я сглотнула образовавшийся в горле комок и уцепилась ладонями в мягкий подлокотник кресла, приобретая болезненное выражение лица. Я до ужаса боялась полетов и сейчас не исключение. Конечно, мы несколько раз с семьей летали за границу, но и тогда я спокойствием не отличалась.

– Ты в норме? – тихо спросил телохранитель.

– Да, – протянула я, зажмурив глаза. – Просто не люблю летать.

Мужчина ничего мне не ответил, но я почувствовала, как мои пальцы накрыла его ладонь, ободряюще сжимая ее, и от этого мне стало намного лучше.

Что ж, полет обещает быть долгим…

Я не заметила, как уснула и проспала до самой посадки, пока Марк осторожно не стал меня будить. Как же мне было стыдно, когда я проснулась на его плече! А ведь мужчина мог меня разбудить или отстраниться, но ничего из этого не сделал, терпеливо давая мне поспать. Очень мило с его стороны.

Посадка на следующий самолет ожидалась через два часа, за это время мы могли спокойно где-нибудь перекусить, чем и занялись, разобравшись с нашим багажом.

Николай и Марк по-прежнему ходили за нами следом и внимательно смотрели по сторонам, даже когда засовывали в рот вилку с едой. Во всей этой компании, хоть мама и сидела рядом, я чувствовала себя не в своей тарелке, мало того, что я уже находилась в другой стране, так еще и в компании с этими мужчинами. Конечно, Николай, крупный бритоголовый мужчина средних лет, уже несколько лет был нашим охранником и хорошим папиным товарищем. А Марку я хоть и испытываю симпатию и вроде бы всецело доверяю ему, но все-равно, это не отменяет того факта, что в компании отца мне было бы куда комфортнее, чем с этими людьми. Ничего тут не поделаешь, папа есть папа.

Очередная посадка уже утомила, и Марку пришлось снова тащить меня в салон самолета, в этот раз просто потому, что я терялась в пространстве из-за возникшего головокружения.