Телохранитель для дочери

Вздохнув, я выбросила их в урну, а потом умылась ледяной водой, решив, что он этого будет больше пользы. Почистив зубы, я несколько раз поймала себя на мысли, что с таким лицом я весь день ходить не могу.

Выйдя в коридор, я наткнулась на Нину Николаевну, которая ничего не знала о произошедшем, потому что в то время женщина уже ушла домой. Попытавшись улыбнуться, на моем лице, скорее, отразилось некоторое подобие судороги, но никак не улыбки.

– Вероничка, все хорошо? – домоправительница внимательно на меня посмотрела.

– Да, я просто не выспалась, – тихо ответила.

Женщина покачала головой.

– Одевайся и приходи завтракать! Я еще блинов напекла!

– Хорошо, сейчас приду, – а затем развернулась и пошла в свою комнату, придерживая полотенце на груди.

Войдя в комнату, я распахнула шкаф и вытащила оттуда джинсовый комбинезон и белый топ, который собиралась надеть сегодня.

Положив вещи на застеленную постель, я подошла к зеркалу и села в кресло, решая убрать с лица последствия слез макияжем, хотя бы чуть-чуть. Потратив на это, по меньшей мере, пятнадцать минут, я расчесала влажные волосы и начала одеваться, а после спустилась завтракать.

Мы с мамой были очень похожи не только внешне, но и принципами. Она придерживалась правила «плачь, если хочешь, но завтра ты возьмешь себя в руки и начнешь день с гордо поднятой головы и холода в глазах» и я тоже решила взять его на заметку. Я не покажу отцу, что вчерашнее происшествие хоть как-то сломило меня, и пускай внутри у меня скребутся плаксивые кошки.

Стоило мне войти на кухню, как на столе уже стояла чашка свежезаваренного зеленого чая и стопка блинчиком, рядом с которыми виднелась вазочка со сгущенным молоком.

Я улыбнулась и посмотрела на Нину Николаевну, которая все еще стояла у плиты.

– Спасибо, – проговорила я, садясь на место.

– Кушай на здоровье! – отозвалась женщина. – Как погуляла вчера?

Я пожала плечами, но щеки заалели, так как совсем не вовремя вспомнилась наша с Марком необычная прогулка.

– Хорошо, было весело.

– Вот и отлично. Веселись, пока можешь, – женщина перевернула блин и тот зашипел. – Вот я вышла замуж в восемнадцать лет, родила троих сыновей и что я в этой жизни повидала? Ничего! Дети разлетелись кто куда, а мы с мужем остались одни, да и молодость уже прошла, – она махнула рукой. – Не торопись Ника с замужеством, успеешь еще.

Я усмехнулась, макая блинчик в сгущенку.

– Да я и не собираюсь, – проговорила, а потом засунула сладость в рот.

И, правда. После созерцания того, как собачатся мои родители, прожившие в браке более двадцати лет, в «долго и счастливо» верилось с огромным трудом. Они всегда были для меня примером для подражания, и я ими гордилась, а сейчас от нашей семьи толком ничего не осталось, лишь угрозы и скандалы.