Телохранитель для дочери

Взламывай. Я вечером заеду к тебе.

– Ладно, – согласился блондин. – Должен будешь.

– Естественно, – согласился я. – До встречи, – и сбросил вызов.

Потратив несколько часов на пустое скитание по дому, я решил поехать в тренажерный зал и потренироваться, где провел все оставшееся время до самого вечера.

Вернувшись домой, я сходил в душ, а потом решил съездить проведать Веронику, просто потому что волновался за нее, кто знает, что еще учудил ее ненормальный папаша.

Странно все это, раньше я считал Ивана серьезным мужиком, а сейчас, после всего, что узнаю о нем, он медленно опускался в моих глазах. Просто не понимаю, как можно рисковать жизнью своей дочери, подставляя ее голову под удары в этой грязной игре между двумя взрослыми людьми, которые не в состоянии мирно решить свои проблемы. Остается только гадать, почему Гончаров вовремя не вернул долг Александру Борзову.

Настолько я знаю, Борзов достаточно молод, ему едва ли за тридцать пять. Он унаследовал от своего внезапно погибшего отца миллиарды, несколько ночных клубов и казино. Тип он мутный, информации о нем крайне мало, но ходили слухи, что он причастен к смерти своего родителя.

Переодевшись в чистую одежду, я спустился вниз по лестнице, схватил ключи от байка и вышел из дома. Мне понадобилось меньше десяти минут, чтобы доехать до дома Гончаровых и встать поодаль, чтобы никто из охраны меня не заметил. Набрав номер Ники несколько раз, меня ожидали лишь длительные гудки. Девушка не отвечала на звонки, и я начал волноваться.

Забраться на территорию и пролезть в окно ее комнаты не составило особого труда, вот только и там девушки не оказалось. Заметив ее телефон на тумбочке, я решил, что она куда-то отлучилась, и стал ждать, расположившись в кресле. В доме стояла тишина, и машины Ивана нигде видно не было, значит, дома он отсутствовал. Тем лучше.

Буквально через семь минут дверь открылась и в комнату вошла Ника. Она явно не ожидала, что я проберусь к ней под покровом ночи, но я нашел себе оправдание.

Ника рассказала о неприятном разговоре с отцом и о том, что ей поведала мать, чем меня совсем не удивила. Гончаров окончательно спятил.

Девушка хотела, чтобы я остался, но я не мог, потому что нужно было разобраться в тайнах ее отца, и я собирался полночи провести у Марата, разгребая всю информацию. Веронике я этого сказать не мог, потому что просто не хотел. Ей и без того несладко.

Спонтанно решив устроить завтра вылазку на природу, я пообещал девушке, что завтра заберу ее, и мы проведем время вместе.

На том мы и распрощались. Я снова сел на мотоцикл и поехал к Марату, который, стоило мне переступить порог, ничего хорошего не поведал.

Гончарову звонили с разных номеров, и разговор длился обычно не более одной минуты, сообщения тоже ничего путного не давали.