Танцы на стеклах

– Тась, – он сжимает в своих ладонях плюшевую игрушку, – ну чего ты дуешься, детка?

– Ты тоже меня бросаешь, – сложив руки на груди, малышка отвечает ему. – Папа Даня бросил и теперь ты тоже! А ты мне обещал, что не бросишь! – топнув ножкой, дочка сбегает в одну из комнат, громко хлопнув дверью у нас перед носом.

Демид растерянно смотрит на меня. Надо как-то подобрать слова и правильно ей объяснить, почему мы перебрались сюда. Я полностью поддержала такое решение Соколова. Нам вообще нечего делать в его доме, но у ребенка совсем другое мнение. Малышке кажется, что ее снова предали.

– Тась, – зову дочку, – иди сюда.

– Не хочу! – фыркает из-за двери. – Пусть уходит! Он меня тоже не любит. Будем жить с тобой вдвоем, без всяких там мужиков! Не нужен мне больше папа!

– Я так не согласен, – Соколов толкает дверь комнаты. – Тась, я тебя не бросаю, – говорит с порога.

– Уйди, – рыдает мышонок.

Я пока не вмешиваюсь в их разговор. Между Тасей и Демидом уже образовалась связь, поэтому она так реагирует. Ему самому надо договориться с малышкой, а я поддержу.

– И не подумаю, – он опускается на кровать рядом с мышонком.

Ищет взглядом моей поддержки, находит и возвращает внимание дочке. – А знаешь почему?

– Потому, что ты моя девочка и я тебя люблю. Тась, сегодня прилетает тетя Наташа. Я перевез вас с мамой сюда, чтобы решить свои взрослые вопросы с ней. Не хочу при тебе ругаться, – признается он.

– А ты будешь с ней ругаться? – всхлипывая, Тася садится на кровати.

– Надеюсь, что нет, но у взрослых оно по-разному бывает, поэтому я вас оберегаю. Иди ко мне, мышонок, – берет ее к себе на колени.

Они так гармонично смотрятся вместе. Очень моя девочка на него похожа.

Она доверчиво жмется к его груди, он целует ее в макушку.

– Останься здесь с нами, – просит малышка. – Мамочка, – поднимает на меня взгляд, – пусть папа останется с нами, – по ее щечкам опять текут слезы. – Скажи ему, пожалуйста, пожалуйста.

От слова «папа» в адрес Демида, мое сердце болезненно сжимается. Все время по имени, а тут так открыто и искренне – папа… И Соколов, зараза, тоже вопросительно на меня смотрит! Хочет остаться?

Эта кареглазая парочка ставит меня в тупик. Тася еще слишком остро на все реагирует, что неудивительно, но кем я буду, я если мы станем жить вместе? Любовницей при действующей жене? Нас слишком очевидно тянет друг к другу и, если Соколов останется, отношения перетекут в нечто большее.

– Мы будем часто видеться, мышонок, – не получив от меня ответа, Демид сам подбирает правильные слова для Таси.

– Я больше тебе не верю, – слезает она с его колен. – Ты уже обещал, что не бросишь!

– Иди ко мне, – ловлю малышку на выходе, поднимаю на руки.

Она крепко обнимает меня за шею. Аж дрожит вся, шмыгая носом и роняя слезки мне на плечо.