2
0Просите, Ваша Светлость, не знали мы, что такой гость прибудет сегодня, не приготовили ничего отдельного.
— Сойдет. Мне пирог и что там у вас есть запить? Отвар? Сидр?
— Все есть! Все! И отвар — моя жена сама травки собирала-сушила, и взвар есть и сидр, и настоящего эля бочонок, вино тоже есть. Что изволите заказать?
— Нет, эль и вино не надо. Мне взвар подайте, моим людям свиные ножки, похлебку и отвар или взвар — что спросят.
— Я мигом! — хозяин метнулся к жене и дочери и те сноровисто принялись носить кушанья и расставлять по столам."
"Еда оказалась вполне сносная и настроение насытившегося Тамиля заметно улучшилось и под это настроение в голову пришла мысль — у него же есть амулет переноса, который теперь, когда он выполнил условие завещания, обязательно сработает! Одноразовый и больше 2-х не возьмет, но можно же переместиться самому с Гераном, а остальным выдать денег и они прекрасно доедут своим ходом.
— Все нормально. Я просто вспомнил, что забыл одну вещь, — спокойным тоном сказал Тамиль.
Хозяин вытер вспотевший лоб платком и попятился назад в кухню.
— Геран! — позвал герцог своего личного слугу.
— Да, Ваша Светлость?
— Мы с тобой через 15 минут отправляемся амулетом переноса прямо домой. С собой возьми только саквояж и несессер. И позови ко мне Ла Карбони.
Геран молча поклонился и отправился с поручением и уже через минуту Симон Ла Карбони — командир гвардейцев, сопровождающих герцога в путешествии — стоял перед Тамилем.
— Симон, вот 20 дукатов, вы с людьми, всеми вещами и моим конем отправитесь в Агреб самостоятельно, я же сейчас ухожу порталом.
— Все понял, Ваша Светлость! Не беспокойтесь, доберемся быстро и без приключений!
— Уж надеюсь.
Увидев, что Геран уже стоит с саквояжем в руках, герцог встал из-за стола, кивнул Ла Карбони и вышел на улицу, слуга молча следовал за ним. Отойдя несколько шагов в сторону от здания, Тамиль взял в руку амулет переноса, дождался когда слуга встанет вплотную, раздавил его и оба исчезли в зеленой вспышке.
Глава 2
«Вот и все — я жена и женщина. Всесветлая, как же больно и мерзко! Неужели у всех так?»
Осторожно приподнявшись, морщась и тихонько охая, Деми подтянула ноги к груди и обняла их руками. На столе догорали свечки и комната все больше и больше погружалась в темноту. За дверью по коридору кто-то ходил, верно, слуги. Что-то двигали, что-то уронили и оно со звоном прокатилось по каменным ступеням лестницы. Деми сидела, тупо уставившись в одну точку, униженная, раздавленная, потерянная, никому не нужная.
