Так точно, товарищ полковник, или влюблённая поневоле

— Я могу чем-нибудь помочь? — уточняет она. — В кабинете немного жарко, вам не кажется?

Дёргаю галстук с шеи. Ещё как кажется. А Алина вдруг поднимается со своего места.

— Нужно закрыть дверь, — плотно прикрывает створки, — и настроить температуру, — нажимает пару раз на пульт от кондиционера, а потом целенаправленно идёт в мою сторону.

Решаю не дожидаться, чтобы узнать, чего она хотела, а просто хватаю её в охапку и жадно целую.

— Надеюсь, ты шла сюда для этого, — говорю, оторвавшись.

— Ну Полкан! — она тянет немного недовольно. — Не мог чуть-чуть подождать!

— Чего подождать, малышка? — веду носом по её щеке, вдыхая аромат кожи.

— Я надеялась тут секси-секретаршу тебе поизображать, — она хихикает.

— Это что, ещё один твой пунктик? — недоверчиво улыбаюсь, глядя на неё.

Я и забыл, что ей хочется новых впечатлений. Точнее, понадеялся, что она их уже получила с лихвой.

— Просто хотела попробовать, — Алина пожимает плечами.

— И что бы ты делала? — мне становится интересно.

— Да так… — она машет рукой, — неважно.

— Ну а всё же? — снисходительно усмехаюсь.

Как невинная девочка может изображать прожжённую шл… хм, секретаршу?

Она вдруг соскальзывает с моих колен и опускается на пол рядом с креслом.

Встаёт передо мной на колени сама и тянется вперёд, поглаживая бёдра.

Не успеваю ничего сделать. Умудрился же именно сегодня надеть те брюки, которые ношу без ремня… Она быстрым движением расстёгивает на них пуговицу и просовывает внутрь руку.

Хватаю ртом воздух, но Алина даже не думает медлить. И спустя какую-то секунду я уже чувствую её ладонь на коже.

— Малышка, — выдыхаю с трудом.

Мы же… в офисе, мать его… А эта маленькая бестия, метнув на меня пронизывающий взгляд, сдвигает ткань, высвобождая всё, что и так уже стоит колом, смыкает пальцы и медленно, поглаживая, ведёт рукой.

С силой сжав зубы, откидываю голову назад. Меня разрывают на части два желания — требовать, чтобы она прекратила, и молить, чтобы не останавливалась. И только успеваю решить, что первое всё-таки предпочтительнее, как Алина, склонившись вперёд, делает то, чего я совсем не ожидал.

Её губы и подрагивающий кончик языка оказываются на таком месте, что я еле успеваю прижать ко рту и прикусить сжатый кулак, чтобы не опозориться и не кончить в ту же секунду.

Но стон сдержать нихрена не удаётся. И самое ужасное — или прекрасное — Алина явно сразу понимает, что именно так на меня подействовало, потому что тут же повторяет это снова с ещё большим энтузиазмом, вышибая мне искры из глаз.

Чуть не взвыв, вцепляюсь руками в ручки кресла. Дьявол!.. Я и минуты не продержусь…

Ещё одно движение языка вызывает какие-то запредельные ощущения.