Так точно, товарищ полковник, или влюблённая поневоле

От бессилия хочется материться и крушить всё вокруг. Те, кто провернул всё это, оказались профессионалами. Ни малейших следов, ни намёка — точнее, всё, что находится, так или иначе приводит к одному и тому же человеку. К Алине. Но как раз это и вызывает самые большие подозрения.

Не бывает, чтобы такие масштабные схемы были завязаны на результате работы мелкого посредника. Это просчёт организаторов — свалить всё на одного человека. А раз есть одна ошибка — значит, найдутся и другие.

Больше всего мне тошно от того, что все логические цепочки приходится выстраивать, исходя из факта, что Алина замешана.

Это единственная отправная точка. И единственный шанс на то, что она будет в безопасности. Пока организаторы всего этого дерьма уверены, что я обвиняю во всём Алину, им не придёт в голову менять стратегию. Значит, есть шанс их на чём-то подловить.

А ещё… Слишком часто мне приходилось сталкиваться с самой неприглядной стороной жизни. Я видел убийц, в буквальном смысле втыкавших нож в спину ближайших друзей. Видел любовниц и жён, без жалости топивших мужей — и наоборот, мужей, которые были готовы на всё, чтобы подставить женщин, которым клялись в любви.

Меня воротит от самого себя, но я не могу исключать версию, что Алина и в самом деле могла…

Нет! Резко выпрямляюсь в кресле. Нет, не могла. Иначе во что вообще верить?! Снова открываю ноутбук, несколько раз моргаю, чтобы хоть немного сфокусировать зрение.

Я не вылезаю с работы уже несколько дней. На помощь со стороны рассчитывать не приходится. Кроме Павла в курсе ситуации Ксения, и мне пришлось сделать всё возможное, чтобы не дать информации распространиться дальше. Но нет никаких сомнений — в агентстве есть крыса.

Поэтому приходится продолжать вести себя так, будто девушка, с которой я провёл, почти не расставаясь, несколько недель, — главный виновник всего произошедшего.

Я не сразу реагирую на стук в дверь. Но когда он повторяется, вздохнув, говорю:

В кабинет несмело заходит второй практикант, Александр. У меня внезапно начинает ныть в груди. Он ведь не только учится с Алиной. Они вместе тренируются. Наверное, встречались в тире. А я не видел её уже несколько дней. Ничего о ней не знаю… После той жуткой сцены здесь, у меня в кабинете, когда я её фактически выгнал… Дерьмо!

— Что?! Я занят! — резко срываюсь на ни в чём не повинного, в сущности, парня.

Он сжимает челюсть, но больше на мой выпад никак не реагирует.

— Полкан Игоревич, я по делу, — говорит решительно, хотя заметно, что ему очень не по себе.

— Слушаю, — киваю чуть спокойнее.

— Я вчера видел Алину.

Я так зубы в порошок сотру. С трудом киваю.

Саша вздыхает, словно на что-то решаясь.

— Она не рассказала мне, что произошло.

И правильно.