Свобода Зверя

Где мои друзья, упорные и верные. Почему я одна?

- Почувствуй, как мы малы перед ними! Как мелки наши обиды и желания перед мощью прародителей, - вещал глава, раскинув руки и обходя площадку по кругу. -Смотри!

Он подошел и развернул меня за плечи. И я обнаружила, что сфинкс был изображен не один. Напротив него стояло другое существо - тоже кошка с раскрытыми крыльями, с полульвиным-получеловеческим лицом, и - с хвостом как у скорпиона. Существа были похожи как близнецы, и в то же время отличались.

- Наши хозяева, сфинксы, мудрые и справедливые, создали оборотней. Их собратья - мантикоры, злые и безумные, вооруженные ядовитым хвостом, создали бойцов-вампиров - наших врагов. Когда мы вернем хозяев, в мире Двуликих начнется кровопролитная война. Как в исходные времена. Сфинксы против Мантикор. И мы, их воины. Оборотни против Вампиров. Каждый боец будет на счету.

- А как вернутся сфинксы? - спросила я заплетающимся голосом, дрожа от ужаса и восторга, настолько прекрасны были два изображенных сражающихся создания, настолько завораживающе звучал голос. Глава добавил в него силу примарха, что на меня не действовало, но ошеломляла сама история и дышащие временем изображения.

Мужчина ласково убрал пряди моих волос на одно плечо и зашептал в самое ухо:

- Стань путеводным светом для наших хозяев, сосудом для их души, - и у основания шеи зажегся огонь, полилась боль. Он приказывал: - Терпи! Принимай!

Но голосу примарха я была неподвластна, и боль терпеть не намерена.

-А! - крикнула я, вызывая пантеру и разворачиваясь, чуть не падая на подкосившихся ногах. - А!

И поняла, что сквозь кружение и залитый туманом, плывущий мир в моей голове, она не может пробиться. Прокушенная от боли и злости губа прыснула кровью, я заморгала, чтобы хоть что-то увидеть, зарычала и почувствовала как пантера пытается пробиться, не потеряться внутри. Да! Милая, родная, еще немного. Да!

Пораженный глава широко распахнул глаза, открыл рот, удивленный моим неповиновением. В руках у него медленно тускнел артефакт, напоминавший печать, вот чем он меня заклеймил, подлец.

Я схватила за круглый конец, зашипела от боли, припечатав себе руку, но дернула инструмент на себя. Не дам больше делать послушных детей. И хлестко ударила второй рукой. Ах.

Воздух серебристыми молниями пропороли Лезвия, взрезали грудную клетку противника как мешок с сеном. В воздух взвились капли крови, настолько горячей, что прямо на глазах превращались в пар. Моя кошка пришла частично, но самой лучшей своей частью.

Я хищно улыбнулась и... покачнулась, почувствовав слабость человеческого тела.

А отскочивший с недоуменным выражением лица глава прижал руку к груди и тут же отнял ее, рассматривая окровавленные пальцы.

- Что ты такое? Ты...