Свобода Зверя

- Так это нормально - хотеть своего парня, - самодовольно произнес Итан и подтянул меня за поясок куртки поближе. - Значит между нами все хорошо. Надо только выяснить, откуда взялись порезы. Вспомни, как ты могла пораниться?

Тон его стал серьезней. Когда неловкая ситуация, наконец, прояснилась, проблема странных порезов вышла на первое место.

- Мне кажется, о твои плечи.

Через пару минут мы вошли в здание лечебного корпуса. Сосредоточенный Итан быстро шел по коридору, увлекая меня следом за руку. Как выпускник и приор он знал расположение кабинетов намного лучше меня. Издалека слышны были приглушенные звуки, лечебный корпус становился далеко не таким пустынным местом как ранее.

Дверь в небольшую хозяйственную каморку оказалась в самом конце коридора.

Он решительно сдернул пиджак и рубашку, оставшись обнаженным по пояс. С литым смугловатым телом, теплым, гладким как нагретые камешки на солнце. Прядями выгоревших от солнца волос, отросшими до плеч.

Я невольно прижалась губами к золотистому предплечью, вызвав у Итана мгновенное сглатывание слюны.

Что ж. Плечи, покрытые гладкой здоровой кожей, и выглядели, и ощущались прелестно, без шипов и лезвий.

- Все нормально? - спросил он, резко охрипнув.

- Да, нормально... Какой же ты красивый.

Он мгновенно прижал меня к уже отвердевшему паху и вдруг замурчал, с удовольствием потершись. Воздух становился тяжелым. У меня сжало в узел низ живота. До дрожи в ногах.

Моя регенерация залечила к утру боль от многочисленных потертостей, но сейчас -хочу повторения, до сбившегося дыхания, до спазмов, просто хочу.

- Давай быстренько? - глядя ему в глаза, предложила я.

Итан не раздумывал ни секунды, мгновенно поднимая на мне платье. Как будто сам с трудом сдерживался последние минуты. В каморке кроме полок с ящиками не было ни стола, ни стульев. Поэтому меня просто прижали к двери.

Он упоенно зацеловал мое лицо. Особенное внимание уделяя губам, буквально терзая их твердым жадно захватывающим ртом.

Расчистил пространство между нашими горячими телами. Захватив в плен кисти израненных рук, тигр охватил запястья широкой ладонью и прижал их к теплой древесине двери. Пришпилив меня жестким напряженным телом, тяжело дыша. Через секунду он уже поднимал к себе на бедро мою ногу.

Мы вместе, через огненную пылающую связь. Бьемся телами, ловя и вбивая наслаждение друг в друга, обрывая вскриками стоны.

Время растягивается дрожащей линией. Мы кусаем друг друга в пароксизме удовольствия, от которого поднимаются мелкие волоски на теле.

- Моя! Вся! Отдайся! - рычит Итан.

- Твоя! Бери! - жалобно бормочу я, содрогаясь почти в забытьи. Разделяя дрожащее марево раскаленного удовольствия с тигром. Повисая на нем бессильно.