Страж Вьюги и я

В древних книгах говорится, что спонтанный поступок меняет судьбу. Что ж, вскоре он проверит, ошибались ли предки.

Темнота и тишина, казалось, длились всего мгновение. За ними пришли смех и тусклый свет.

– Фрост, ты никак человека везешь? – загрохотал совсем близко мужчина.

Солидный бас кажется знакомым. Людвайг?

Открыв глаза, я сонно уставилась на серое покрывало – вот зачем оно Фросту. Чтобы скрыть личность женщины, которую вез. Умно.

– Девку везет! Вон из куля торчит краешек подола! – поразился второй мужчина.

– Глыба, все так плохо в личной жизни? – Глумливый голос Йохана я узнала сразу, и остатки сна улетучились. – Ты себе бабенку похитил, чтобы согревала холодными ночами?

Любопытствующие стражи развеселились плоской шутке.

Смех стих. Кто-то закашлялся.

– Глыба, ты серьезно? – спросил Людвайг озадаченно.

– Ты видел, чтобы наш молчун шутил?

– Покажи девушку, Фрост! – потребовал напряженно Йохан.

– Она спит. – Страж, заслуженно прозванный Глыбой Льда, как всегда лаконичен.

– Предъяви тогда брачный браслет, – велел Людвайг.

 – А вдруг парни правы и ты кого-то похитил?

В голосе его звучало натянутое веселье. Боги мои, а ведь он поверил в предположение Йохана! Поверил, потому что тот свой, а Фрост – малознакомый чужак, да еще и держится в сторонке.

– Брачная татуировка сойдет?

Тишина – звенящая и почему-то страшная – закончилась удивленным смешком:

– Прими мои поздравления, дружище!

– Точно, метка, – не поверил своим глазам раздосадованный Йохан, – не браслет.

– Проставиться, молодожен, не забудь! – хохотнул третий страж.

– Позже, – обронил Фрост скупо.

Ньйор без спешки продолжил путь. В спины нам летели веселые и пошлые напутствия:

– Из-за брачной ночи не проспи дежурство, Глыба!

– Да кто же спать-то будет, дурень?

– Ты там старайся! Не посрами честь стражи Вьюги!

– Фрост, я дам адрес лавки плотника, если кровать сломаете!

– Глыба, поаккуратнее – не раздави женушку!

Ух, зубоскалы!.. Раньше на скабрезности коллег я не обращала внимания – это же боевики, у них шутки незамысловатые, – но не сейчас, когда эта женушка – я.

То ли еще будет, когда они об этом узнают…

Дорога ложилась ровно – маги-стихийники между градами чистили ее на совесть, что позволяло ездить не только на ньйорах, но и на лошадях. Но купцы, разумеется, предпочитали сани и собачьи упряжки – и дешевле и надежнее, если придется сойти с тракта.

Плавный шаг ньйора укачивал, но я тотчас взбодрилась, когда дошло, куда мы едем.