Страж Вьюги и я

Будь не отец, а она у ворот Вьюги, со стен спрыгнули бы все воины, включая тех, кому я поставила защиту…

Темнота поглотила мое сознание. Последнее, что запомнила, вопль Кастаноса вдалеке.

Очнулась я от выплеснутой в лицо воды.

– Вставай, – резко произнес ментальщик. – Надо спешить.

– Айсса – нетерпеливая госпожа? – Тело болело, я с трудом поднялась на ноги.

– Ты не представляешь насколько, – процедил он сквозь зубы и подхватил меня под руку.

Мы вновь покинули жеоду, но свернули в другой туннель. Лишь волот неизменно сопел у нас за спинами.

– Айсса заперта в пещере со времен большой битвы ледяников и людей.

От удивления я споткнулась.

– Но ведь прошло почти две сотни лет?

Ментальщик проигнорировал уточняющий вопрос.

– Ее наказали за ошибку в бою и, отступая в родной мир, заперли здесь без права выхода из лабиринта пещер.

Жестоко, но ни капли жалости объяснение не вызвало. К тому же Айсса устроилась удобно, завела себе настоящий штат «славных» слуг: люди, волоты, нечисть, мелкие зверушки…

– Ты поможешь ей вернуться домой?

Я не сдержала едкого смеха отчаяния:

– Помочь, обрекая на смерть людей? Своих знакомых и любимых? Да пошла она к шмырям!

– Хорошо, – согласился мужчина.

 – Именно такой ответ я хотел услышать от своей дочери.

И, резко остановившись, он вдруг ткнул посохом назад. Волот глухо зарычал и, покачнувшись, упал.

– Нет, – сухо отозвался отец. – Думай о себе, Изольда, времени мало, она почти закончила с Кастаносом.

И мы побежали, перепрыгивая ямы и валуны. Четверка «стрекоз» своевременно освещала путь, но на самом деле лишь чудо спасало от переломов.

Я испытала и радость и потрясение, что рядом со мной отец, и он меня помнил.

Больше того – он меня спасал! Выходит, из-за Айссы и волотов он лишь притворялся незнакомцем? Мой прямодушный папа изменился, став коварным интриганом!

– Что делает Айсса с Кастаносом? – все же спросила, жадно хватая ртом прохладный воздух.

– Ты не захочешь это узнать.

Бег обессиливал, мешал разговору, но я хотела понять, что происходит. Ради такого можно и потерпеть.

– Я думала, ты нас забыл!

– Нет, я ни на минуту вас не забывал. И рад, что дочь у меня выросла стойким человеком, настоящим магом.

В его словах звучала гордость, но я отстранилась от комплимента, было нечто более важное, чем похвала, – истина.

– Тогда почему не вернулся домой?

– Я не мог, Иза, прости.

Не знаю, сколько так мы бежали – время под землей течет иначе. Вылетели из пещеры резко – я зажмурилась, успев отвыкнуть от ослепляющей даже в утренних сумерках снежной белизны.

У выхода из туннеля стоял серый ньйор.

– Быстрее! – Отец буквально закинул меня в седло. – Скажешь Хельге, что я люблю ее.

– Ты разве не со мной? – Я крепко вцепилась в его руку.