0
0Немного подумал и сам спросил:
— Вот скажи, княже, когда они придут, как с ними воевать будете?
Как и ожидал, тот начал разоряться, мол, в этот раз соберут сильную рать и выйдут в поле да так вдарят, что только ошметки полетят.
Покивал на эти его слова и ответил:
— Вот поэтому и буду искать себе укромном место, где пересидеть можно. В поле вас раздавят и не запыхаются. Без вариантов. За стеной ещё был бы какой-нибудь шанс отсидеться, если получится наделать катапульт, как у них, чтобы не позволить им ломать стены. И то бабка надвое гадала, в поле же драться — без шансов.
Разозлил я народ и озадачил. Расстались в непонятках, даже про вечерний пир никто не вспомнил, соответственно, и приглашать меня не стали.
Выйдя из терема, сразу зашагал в сторону стены, где держал оборону, надо вещи забрать и подумать, как снять какое-нибудь жилье на несколько дней.
Нужно время, чтобы все обдумать, расспросить местных об округе и прикинуть, как выживать здесь буду. Пребывал после этой встречи в такой задумчивости, что даже не сразу заметил уже привычный хвостик. Олэна, так и шагала позади меня, будто ничего и не случилось. Даже остановился, заметив это, ну и спросил:
— А ты зачем вслед за мной пошла? Тебе, наверное, было бы лучше остаться?
— И вместе со всеми умереть? — как-то обреченно спросила она.
— Почему умереть? Вдруг они придумают что-нибудь и смогут победить?
Она как-то задумчиво посмотрела мне прямо в глаза, потом осмотрелась вокруг и только после этого ответила:
— Не придумают. Как и сказал князь, выйдут в поле для честной битвы и там полягут. Привыкли воевать, как издревле повелось, поэтому и злятся на твои слова.
— Ну хорошо, пусть так. Но ведь у меня нет ни кола ни двора, сам пока не понимаю, как выживать буду. Зачем тебе связываться с нищим, не лучше ли уговорить кого-нибудь из бояр помочь в постройке убежища? — спросил, с интересом наблюдая, как она в очередной раз осмотрелась вокруг и как-то обреченно вздохнула.
— Не лучше, и тому есть причина, даже не одна. Я последняя в роду и уже перестарок. Не хочу, чтобы род прервался после моей смерти, поэтому мне нужен ребёнок от достойного человека.
Не совсем логично закончила свою мысль, при этом выставила перед собой руку, словно боясь, что я её прерву, и намекая, чтобы я выслушал до конца.
— Достойнее тебя здесь никого нет. И ты знаешь, что делать дальше, я это вижу, чувствую, поэтому и прошу у тебя защиты. Ты не думай, я буду делать всё, как ты скажешь, без пререканий, а люди и средства у меня есть, об этом можешь не переживать.
Фига се заявки. Бычком-осеменителем мне ещё не приходилось быть. Да и девчонка удивила, у неё, видите ли, уже планы построены, а про такие вещи, как любовь там, высокие отношения, она и думать не хочет.
