Столкновение-2 (СИ)

Не выбитое фактами и непробиваемыми доказательствами, а простое человеческое доверик, которое родственники испытывают друг к другу. Он чувствовал, что отпущенное им время утекает струящимся песком между пальцев и старался через расстояние и потрёпанную разведкой эмпатию передать беспокойство штабным офицерам. Решетников проникся до печёночных колик, а те, что за голограммой оставались каменно непрошибаемыми изваяниями. Пожалуй, только Санин поймал волну и начал бросать на Белова тревожные взгляды. Возникла заминка. — Сделайте это! С вас порталы. По первому требованию.

Незамедлительно.

Раздельно, делая упор на каждом слове, акцентировал Вадим.

— Что вы задумали? — Санин хорошо изучил своего протеже.

— Я не оставляю вам выбора, генерал, и отбираю его у остальных. Точнее не я, а сучьи потрохи по ту сторону фронта. Они поставили на блиц-криг и один единственный сокрушительный, сбивающий с ног удар, после которого мы не поднимемся — затопчут. Через минуту я и мой десяток пойдем на прорыв. Для успеха замысла требуются жертвы, собранные ведущим ритуал лично, причём на поле брани отбирая чужие жизни. Магия смерти и магия жизни, махровая некромантия и убивающее целительство, поэтому оставить меня в тылу у вас не получится.

От слов "совсем" и "никак".

— Полковник, я требую… — налившись дурной кровью, командующий побагровел. Вадим прекрасно понимал его, но в сложившейся ситуации глобального цейтнота разжалование в рядовые и три года расстрела без права переписки теряли свою значимость и актуальность. Выход был один, сметать фигуры с поверхности и бить оппонента доской.

— Александр Владимирович, я же как тот герой без страха и упрёка, только квест в одну сторону.

Дойду. Не бойтесь. Герои всегда доходят, — мрачно хмыкнув, Вадим показательно игнорировал кипятящегося командующего. Решетников за спиной Белова, на лице которого осталась одна обречённая усталость, смежил набрякшие веки и опустошенно покачал головой. — Ши, отрубай.

Глазок голопроектора потух. Генерал-майор Решетников сбросил холодное оцепенение, овладевшее им. Не время для депрессий, зато самый момент принять верное решение.

— Не спешите полковник. Десять минут погоды не сделают, — пристукнул по краю стола генерал.

 — Пойдёте за огненным валом.

— При двухстах орудиях на километр фронта о противнике не докладывают? — полил иронией Вадим.

— Отставить! — не принял иронии генерал. — Не ёрничайте, полковник, не в бирюльки играете. — Пригладив ладонью пыльный ежик волос, он обронил:

— С вами я под трибунал пойду, полковник. И откуда вы на мою голову свалились? Но-но, не дёргайтесь. Давайте о деле, без артподготовки я вас никуда не пущу. Ударим всеми средствами, ствольной и реактивной артиллерией, всем, что есть под рукой.