— Ой, не похож, — голосом Жоржа Милославского из "Иван Васильевич меняет профессию", выдала Ши. — Ой, халтура! Зубы подвяжи!
— Вот и я о том. А ты не повторяй-повторяй. Что ты на меня так смотришь, мать родная? Я в официальные делегации не записывался. Моё Владычество здесь неофициально, можно сказать — инкогнито! Сижу, понимаешь, примус починяю. Отдыхаю в тенёчке. Кому надо без меня союзников встретят, — Вадим подновил полог невидимости и достал из кармана горсть тыквенных семечек.
— А если эксцесс какой?
— Во-от! В корень зришь, можешь, когда хочешь.
— Что-то страшно мне за бедных становится. Твоя белобрысая фурия их на шашлык или люля-кебаб не пустит?
— А это как они себя вести будут, — сплёвывая шелуху, ответил Вадим. Рядом заухмылялись телохранители, не понаслышке знавшие о крутом нраве эльфийки. Кремень, а не женщина! Настоящий матриарх дроу, хоть и лесная эльфийка по крови. Благо Ллос позаботилась о духе, подарив Владыке настоящую дроу в душе, а не изнеженную нимфетку из лесных кущ.
Первая жена владыки не так крута и сурова, правда, ей это не нужно. Небо всегда отличается от земли. Хозяйка Ирина добротой и лаской берёт. А как она умеет недовольство одним взглядом показать! Вроде не говорит ничего, ни словом не обмолвится, а стыдно и неудобно становится — жуть! Хоть сквозь землю проваливайся, зато от улыбки Хозяйки бойцы тают и плывут, будто снег по весне. И где Владыка их нашёл? Обе красавицы, разные по характеру, но удивительным образом дополняют друг друга.
— Ладно, с эксцессами, слава Ллос, не выгорело, — отряхивая со штанин налипший мусор, поднялся на ноги Вадим.










