6
0— Он шумно выдыхает через нос, плотно сжимая губы. — Там человек приедет. Но говорить он будет не как бог на душу положит, а исключительно в рамках инструкции! Это будет не его личное отношение к тебе! А позиция, которую НАДО озвучивать!
— А-а-а. Ну, на этот случай у меня тоже есть домашняя заготовка: как аукнется, так и откликнется, — пожимаю плечами. — Как говорит Мартинес, "я очень хорошо знаю, где проходят границы правил вежливости, моей личности и приличий". И умею эти границы защищать.
— М-да уж. Только её архетипа там и не хватало на заседании, — недовольно ворчит завуч, оборачиваясь обратно к окну. — Нашёл, бля, с кого пример брать. В разговоре с соотечественниками. — В его интонациях как будто слышится мягкий укор.
— Сэнсэй, вы им заранее сочувствуете, что ли? А мне? Если, как вы сейчас намекнули, они об меня там со старта ноги вытирать начнут?
— Они же не по собственному порыву души это будут делать, и не для удовольствия. А исключительно с учётом твоего прошлого гражданства в разделительных сегментах, — он опять вздыхает, как будто только что потерял месячную зарплату. — Которое по факту позади, но они-то не в курсе всех нюансов.
Кофе из его стаканчика капает ему на брюки, оставаясь незамеченным.
Ух ты, а у меня зрение прорезается благодаря медицинскому расширению с концентратора.
— Знаете, если бы на вашем месте был кто-нибудь другой, я бы ответил: а хочешь, я теперь тебе о своих трудностях расскажу? — чуть подумав, добавляю. — Ну и вы как-то пессимистично настроены. А вдруг люди с той стороны подобно вам умеют договариваться? Несмотря ни на что?
— Не тот случай, — хмуро бормочет светило педагогики, не считая нужным вдаваться в детали.
— Да почему? — такое ощущение, что надо из него вытягивать побольше, пока горячо. — Говоря прагматично, их профессия обязывает: юристы, ещё и дипломаты — ну кому в этом мире правильно общаться, как не им?
— Ты просто не в теме. Там стандартный вариант сработает, в отсутствие, как все думают, у тебя полноценного гражданства здесь, в федерации. — В голосе Трофимова звучит откровенное сожаление вперемешку с тоской.
— Так у меня и нет полноценного гражданства федерации, пф-ф.
— МНЕ не свисти. У тебя даже лучше, чем полноценное гражданство: несовершеннолетний владелец пакета первого списка.
— Чем это оно лучше? — поскольку завуч сейчас без нейрокоррекции, изо всех сил изображаю интонацией равнодушие.
Всё равно не заметит.
По большому счёту, разговор гораздо более нормальный, чем мы с ним общались раньше. Но я и без расширений отлично вижу, что не договаривает он по-прежнему изрядно.
— Обязанностей у тебя никаких, а прав как у бегемота... Ладно, зря я это затеял. От тебя сочувствия явно не дождёшься.
