2 августа германские дивизии подошли к окраинам Сталинграда, а 23 августа, обойдя город севернее, вышли на берег Волги. Здесь и началась битва, предопределившая судьбу всей войны.
Только теперь Сталин наконец убедился в профессиональной несостоятельности многих окружавших его генералов и маршалов, которым он доверял, проигрывавших одно сражение за другим. Потому-то он и начал, на этот раз уже не торопясь, с большой осторожностью, очередную смену командования Красной Армии.
Несколько позже, уже осенью, Сталин произвел замену руководителей тех армейских групп, которым предстояло участвовать в уже разрабатываемой Сталинградской операции.
Столь же основательные кадровые перетряски затронули и узкое руководство, что в очередной раз изменило расстановку сил в нем и вместе с тем ликвидировало в конце концов то сложное, даже двусмысленное положение, в котором оно оказалось после реанимации БСНК во главе с Вознесенским.
Однако новая ситуация во властных структурах продлилась недолго. Используя грандиозные успехи Красной Армии, выдающуюся победу в Сталинграде, где 19 ноября была окружена, обречена на гибель или сдачу в плен 330-тысячная группировка немецких войск под командованием фельдмаршала Паулюса, Сталин попытался возвратить себе единоличное лидерство, если не ликвидировать, то хотя бы несколько принизить значимость инициаторов ГКО. Разумеется, просто вернуть былую власть БСНК он никак уже не мог, потому что вынужден был поставить во главе его Молотова, не мог пойти и на крутые, решительные меры, поскольку достаточно хорошо понимал, что без Молотова, Берия и Маленкова победа в Сталинграде была бы невозможна.
8 декабря 1942 г. он провел через ПБ постановление «О составе и работе Оперативного бюро ГОКО и Бюро Совнаркома СССР». Оно гласило:
«1. Утвердить Оперативное бюро ГОКО в следующем составе: МОЛОТОВ, БЕРИЯ, МАЛЕНКОВ, МИКОЯН.










