Сталин: тайны власти

тем, кто умел читать между строк, понимать закодированный, потаенный смысл, рождаемый при сопоставлениях, показали, наконец, в чем же именно заключается «разброд» среди руководства. Была предложена не одна, а две правительственные программы, два диаметрально противоположных курса. Первый, изложенный Маленковым, строился на необходимости незамедлительно достичь разрядки в международных отношениях, использовав высвободившиеся благодаря этому силы и средства на подъем жизненного уровня населения. Второй, сформулированный в речах Берия и Молотова, исходил из иного — из твердой, непоколебимой убежденности, что напряженность в обозримом будущем не только обязательно сохранится, но и перерастет рано или поздно в вооруженный конфликт между двумя лагерями, двумя системами.

Потому-то приоритет следует сохранить за тяжелой индустрией, за оборонной промышленностью, расходуя на мирные цели только те средства, которые останутся. Если, разумеется, останутся.

Естественно, что столь отличные друг от друга позиции членов «триумвирата» не могли не отразиться на их взаимоотношениях, на поддержании даже видимости согласованных действий.

Введение в «триумвират» Молотова оказалось противовесом слишком сильному влиянию не столько Берия, сколько Маленкова, так и не получившего явного преимущества, что неизбежно приблизило логическую развязку — решающее столкновение в борьбе за власть, пересмотр договоренности о разделе полномочий.

И действительно, всего четыре дня спустя произошло неминуемое.

Внешне казалось, ничто не предвещает каких-либо близких и серьезных перемен. События развивались в полном согласии с существовавшим соглашением, подкрепляли его.

Большинство членов Президиума ЦК, вне всякого сомнения — Берия, Молотов, Булганин, Каганович, Хрущев и Микоян, сумели добиться — сначала на своем узком заседании, а затем и на пленуме — полного разделения двух подлинных ветвей власти: государственной и партийной, больше не сосредоточивать их высшие посты в одних руках, в данном конкретном случае — Маленкова. Решение гласило: «Удовлетворить просьбу тов. Г.М. Маленкова об освобождении его от обязанностей секретаря ЦК КПСС, имея в виду нецелесообразность совмещения функций председателя Совета Министров СССР и секретаря ЦК КПСС.

Председательствование на заседаниях Президиума ЦК КПСС возложить на тов. Маленкова Г.М. Руководство Секретариатом ЦК КПСС и председательствование на заседаниях Секретариата ЦК КПСС возложить на секретаря ЦК КПСС тов. Хрущева Н.С.». Такая формулировка сразу изменила расстановку сил в партийном аппарате, подняла «уровень» Никиты Сергеевича, который лишь благодаря этому становился первым, хотя только фактически, секретарем ЦК. Хрущев обретал реальную власть.