Она впервые ощутила себя одинокий, и тоска по дочери обострилась настолько, что ей вдруг захотелось бросить все и уехать в Ленинград… Что? Да как она могла даже подумать об этом? Ведь Савелий может вернуться в любой момент! Вернется, а ее нет! Что он подумает? Бросила, оставила… А Варя чувствовала, что нужна ему! Наконец, она призналась и себе, что больше всего Савелий нужен ей самой…
Почему она тогда не бросилась следом за ним? Гордость? Кому нужна эта гордость?.. Господи, она же не знает ни его фамилии, ни его адреса! Где теперь искать его? Эх, Савелий, Савелий!.. Савелий?! Боже, что же с ней такое? Совсем память отшибло! Она же совсем недавно слышала это имя?! Конечно, слышала! Даже записывала Вовой журнал… Журнал!.
Варя бросилась к шкафу, достала журнал, где отмечала все сообщения, поступавшие с Большой земли…
Лихорадочно листая его, она быстро наткнулась на то, что искала: «Из мест лишения свободы совершен побег трех опасных преступников: Данилин Константин Иванович, тридцати восьми лет, кличка Тихоня. Приметы: худощавый, глаза — серые, на груди, руках, бедрах — многочисленные наколки, на лбу, в верхней части, ровный шрам, на плечах ожоговые пятна, рост — сто семьдесят сантиметров… Угрюмев Федор Валентинович, тридцати шести лет, кличка — Угрюмый.
Господи!.. Говорков Савелий Кузьмич… Варя растерянно опустилась на стул.
Варя немного успокоилась, вздохнула. А карта?.. Она вдруг вспомнила, что на обороте карты была написана фамилия Угрюмого, точнее — Угрюмова Л.С. и адрес: Москва, Лосиноостровская улица, дальше не помнит… Видно, жена или сестра, а может, и мать Федора Угрюмова… И все-таки нужно проверить!.. Но как?.
Варя довольно улыбнулась: что-то еще соображает…
— Семен Алексеевич?.. Здравствуйте! Колита беспокоит… Да нет, ничего не случилось… Да… Нет, я об Антоне беспокоюсь, о Родине… — Она старательно говорила ровным, спокойным голосом.










