Смотри, какая сволочь! Какую кличку взял! Но Это только у Булгакова он мог растворяться в воздухе, исчезая бесследно! А здесь… Посмотрим, как он сможет исчезнуть, когда окажется взятым за горло этой рукой! Савелий усмехнулся, взглянув на свой кулак, который сжал, словно в нем уже оказалось горло ненавистного Воланда.
Сегодня пятница… Угрюмый говорил, что тот очень любит свою внучку и часто навещает ее. Значит, сегодня или в субботу он должен появиться на Красногвардейской. Дом у оврага. Почему-то Савелий был уверен, что узнает его сразу, как только увидит. Хотя и сам не мог понять, откуда у него такая уверенность.
— Часа на два можешь быть свободен? — спросил он молодого парня, мурлыкающего себе что-то под нос.
— Хоть на весь день, земляк! — ощерился тот, кивая Савелию.
— Отлично! — Савелий быстро сел рядом с ним.
— Никак с Севера? — поинтересовался водитель, трогаясь сиеста.
— Глаз — алмаз! — бросил Савелий и вдруг добавил: — Откинулся только что.
— Пятилетку — хмыкнул он. — Откуда про Север догадался?
— Нюх у меня такой. Однако думал, что с приисков…
— Подзаработать думал с золотого вахлачка?
— Мне и своих хватает! — обиделся тот — Тоже трешник оттащил, за две клюквы.
— Клюквы? — не понял Савелий.
— Ну, церкви… Дали пять, два хозяину доставил. Вышел, а тут такая каша в стране, что решил — можно и честно монеты откладывать на черный день… Женился, панама растет.
— Трудно сказать. Сегодня прояснится… Слушай, давай-ка сначала заскочим по пути в одно место. Пока прямо, а дальше я покажу. А что про хату спросил? Можешь выручить, если что?
— Могу к себе, а могу — в гостиницу, сестра администратором в «Алтае» пашет… Справка или паспорт?
— Справка, не успел обменять пока… Так что с гостиницей ничего не выйдет — как можно спокойнее отозвался он.
— Если ненадолго, то ко мне можно: предки только через неделю вернутся… в санатории они…
— Ладно, если что, то благодарю.
Изменил он маршрут, чтобы подъехать к своему дому. Нет, конечно, не для того, чтобы зайти к себе в квартиру: это было опасно.










