Совсем не ангел

Мы с Ангелом будем вместе, мы будем счастливы. Осталось только…

Еще один шаг, и я чуть не впечаталась в мощную спину мужа.

— Странно, тут никого нет, — негромко произнес он, поворачиваясь ко мне, — зверь на волю просится, будто чует что-то… Подожди здесь, я сейчас.

Я даже рот открыть не успела, как на нас со всех сторон набросилось человек двадцать. Кто-то залетал из окна, кто-то со стороны двери, и даже казалось, с потолка несколько спрыгнули и прямо Ангелу на спину.

Я хотела закричать, но позади меня материализовался мужчина в черном спортивном костюме и зажал рукой рот. Цанев бешено взревел и начал раскидывать нападавших, находясь в процессе обращения, но они всем скопом навалились на него, заломили руки за спину, надели на запястья железные обручи и приставили к горлу нож.

Держащий меня мужчина, оттащил меня подальше от оборотня, к кухонным дверям, продолжая одной рукой закрывать рот, а в другой держа пистолет, дуло которого упиралось мне в висок.

Образовавшуюся гробовую тишину, нарушили громкие аплодисменты, и в дверь вошел мой бывший босс, Шкуров Владимир Николаевич.

— Ты посмотри, кто тут у нас. Двое голубков, да под одной крышей. Не ждали? — за прошедшее время я и забыла, какой мерзкий у него голос.

От страха, и даже не за себя, а за Ангела, который в пылу ярости может полезть на рожон, я не чувствовала ни рук, ни ног. Пульс зашкаливал, на лбу выступила испарина, и не держи меня один из вломившихся к нам бандитов, упала бы на пол.

Волк ничего не ответил, лишь злобно оскалился и дернулся в сторону ненавистного ведьмака, намереваясь, похоже, во что бы то ни стало добраться до его горла. Нож сильнее впился в кожу на шее, и я, даже с того места, где находилась, разглядела сползающие по груди мужа красные капли.

Наплевав на пистолет в руках бандита, я впилась зубами в удерживающую мой рот ладонь и закричала:

— Ангел, нет! — Шкуров, будто этого и ждал, подлетел ближе и больно сжал рукой мое лицо.

В его ярко-красных глазах бушевало яростное безумие. Черты лица заострились, будто он несколько дней находился без сна, волосы торчали во все стороны, а костюм был так измят будто он уже месяц в нем ходил не снимая.

Не знаю, что произошло с ним после нашей последней встречи, но стоящий передо мной мужчина был безнадежно болен.

Кончики пальцев подрагивали от скопившейся в них силы, требующей высвобождения, но будто почувствовав это, схвативший меня бандит заломил мне руки за спину.

— Я, идиот, хотел жениться на тебе, Есения, честной женщиной тебя сделать. В шелка одевать, вкусно кормить, золотом одаривать, а ты выбрала жалкую псину, — раздавшийся сумасшедший смех, заставил меня вздрогнуть от страха. Он оборвался так же резко, как начался, — больше я с тобой церемониться не намерен.