Со-рин твоего дома

Стыдно признаться, но Анаишшш, несмотря на все свои замашки, мне почему-то нравился. Может, я просто искала якорь в этом мире, может, просто потому что он был все время рядом, но я начала привязываться к иссаэру. Дура? Дура…

Снова тайком стала его рассматривать… Вон развалился рядом в одних черных штанах, с любопытством изучая содержимое моего телефона. Не знаю, как у него это получилось, но Анаишшш смог считать с промокшего смартфона всю информацию, загрузив ее в небольшую черную коробочку, которой управлял с помощью медальона, прикрепленного к своему виску, комментируя, что такого примитивного устройства связи он вообще никогда не видел.

Зато с каким интересом наг разглядывал фотографии моей семьи и друзей, выведя их на голографическое изображение! Сколько было вопросов! Я даже охрипла, рассказывая про свой мир и наш образ жизни.

Еще иссаэр с любопытством просмотрел парочку фантастических боевиков, закачанных мной перед походом, и даже поинтересовался некоторыми неизвестными ему технологиями. А когда понял, что все это только плод человеческого воображения, опять подчеркнул нашу отсталость.

А вот музыка ему понравилась. Врубил на полную мощность свой механизм и завис, прикрыв глаза, покачивая в такт головой. Причем заметила, змей пришел в восторг практически от всех прослушанных композиций. А ведь именно в музыке люди по-настоящему выражают все свои чувства и эмоции… Всю свою любовь… Все переживания. Может, дойдет…

Не знаю, чем нааганита зацепила песня Полины Гагариной и Ирины Дубцовой «Кому, зачем?», а еще «О нем», но иссаэр прослушал каждую из них раз по пять. От чистоты звучания и громкости этих мелодий у меня мурашки побежали. Был период, когда я под них ревела, расставшись со своей первой любовью.

Так и не поняла, почему он их выделил из остальных. При этом во время проигрыша удостоилась внимательного изучающего взгляда. Посмотрела в ответ. Поглазев так друг на друга с минуту, развели взгляды. Я уткнулась носом в тарелку, занявшись принесенной едой, иссаэр молча продолжил потрошить память моего телефона и мою жизнь…

С момента зачатия прошло два дня. Чувствовала я себя, к своему удивлению и удивлению ньера, просто замечательно. Через сутки уже ничего не болело, правда, из постели, посоветовавшись с белобрысым братцем, было решено пока меня не выпускать. Еще и осмотру постоянно подвергали, через каждый час, кладя свою руку на мой живот и внимательно к чему-то прислушиваясь. Наверное, все шло хорошо: Дэйрашшш просто светился от удовлетворения, да и Анаишшш тоже. Белый наг вообще не упускал возможности меня облапать и зачем-то обнюхать. Сначала я возмущалась от его бесцеремонности и даже пыталась сопротивляться – он-то тут каким боком? – потом плюнула.