Со-рин твоего дома

Довольный смех-клекот, и Даирр плавно от меня отстранился, не став применять силу, вновь обратив все свое внимание только на иссаэра.

– Все так же несговорчив? Ну что ж, это меня радует, Ан. – Протянул сквозь пальцы белоснежный локон и, слегка намотав его на пальцы, насильно вздернул Анаишшшу голову вверх, заставляя его посмотреть в свои синие холодные озера. – Сегодня же займус-с-сь твоим воспитанием, малыш, – погладил иссаэра по щеке, – мой супруг должен быть послуш-ш-шным и ласковым, даря с-с-свои ночи только мне. Знаю, ты это умееш-ш-шь, мальчик. – Озера стали быстро темнеть, превращаясь в грозовые облака, ноздри хищно раздулись. – И дни тоже. Быстро забудешь о своей надин. – Плотоядный оскал. Намотал прядь сильнее, начиная причинять блондину боль.

Я вскрикнула и хотела уже открыть рот для возмущения, но Анаишшш, словно прося не вмешиваться, слегка сжал мое бедро и погладил по спине. (Запах все усиливался).

– А теперь отпус-с-сти девочку, с-с-сладкий, иначе… – Удар по полу серебряным хвостом, и в проходе появилось еще четыре здоровенных нааганита из ветви нарра и линха. – Сам понимаеш-ш-шь, иссаэр, будеш-ш-шь сопротивляться, и твоя любимая надин может пострадать, а нам она нужна здоровой, да и своему ньеру тоже. Верно, линх? – Оглянулся на жадно смотрящего теперь и на меня Райсса.

– Верно, нар-р-р! Иссаэр… – легкая пауза, – твой. Аналлин моя. И ес-с-сли мальчиш-ш-шка не наделает глупое-с-стей, а Дэйрашшш примет наши условия, он получит обратно свою со-рин живой и здоровой и сына тоже. Так что, Анаишшш, будь благоразумным. Отпусти девочку, сними с нее нуарр и иди с Даирром. Я сам позабочусь о благополучии вашей женщины до родов. Дальше все зависит только от твоего брата. Жаль, что он сразу не принял моего предложения. Очень жаль… – задумчиво. – А теперь отойди от со-рин! Лена – заложница моего дома! – Приказ.

К моему удивлению, иссаэр безропотно меня отпустил. И даже сделал шаг в сторону серебряного, который так и продолжал властно удерживать Анаишшша за волосы, мерзко улыбаясь.

В моем сердце начала разливаться пустота, эны тревожно зашевелились. В глазах блеснули слезы. Я ничего не могла понять… Так легко?

– Надин, ты мне доверяешь? – Словно в ответ на мой вопрос, Ан повернул голову в мою сторону и посмотрел на меня долгим пронзительным взглядом быстро темнеющих сиреневых глаз. Заметила, как черты лица его при этом заострились.

– Да, – прошептала я, чувствуя, как немного отпускает, – только тебе…

– Тогда ничего не бойся, малышка, – улыбка, которую я так люблю, – я никогда не причиню тебе вреда, Лена, и прости. Ты не должна была этого видеть, надин. Моя вина, мне и исправлять. Только не нервничай, тебе нельзя.