Снайперский удар

 – Ну, переходим на следующий рубеж? Кто там еще есть? Сейчас я им устрою… райские кущи с прекрасными гуриями…

Паша Шабалин смотрел на приближающегося человека, не скрывая своего легкого пренебрежения. На полигоне, который своей мишенной частью выходил на море, дул холодный декабрьский ветер, который уже давно унес отсюда весь снег, словно вылизав поверхность земли незримым гигантским языком. Что ж, такова доля всего приморского побережья – даже перед самым Новым годом быть без обычной белоснежной рубашки. Но даже в таких суровых условиях боевая подготовка на полигоне не должна останавливаться, как не останавливается война со сменой погоды.

Но из-за приехавшего важного гостя огневую тренировку пришлось временно приостановить.

– Это ты, что ли, тут командир? – спросил гость, протягивая руку.

Паша смерил его взглядом, стараясь показать профессиональную пропасть, которая лежала между ними, и, выждав гнетущее мгновение, подал руку:

– Командир стрелковой роты снайперов старший лейтенант Шабалин, – представился он по всей форме, стараясь при этом сразу определить исключительно официальный стиль предстоящего общения.

 – Мне сообщили, что приедет человек от командира бригады с просьбой помочь пристрелять новые винтовки.

– Да, – кивнул человек. – Это я – Сергей Иванович. Генерал-лейтенант казачьего войска!

Паша на миг отвернулся, чтобы скрыть невольно возникшую улыбку – ну не переваривал он представителей этого войска, все больше напоминавших ему клоунов из бродячего шапито.

Присутствие на закрытом войсковом стрельбище посторонних людей совершенно не радовало Павла, но буквально за полчаса до этого ему на сотовый телефон позвонил комбриг и по-дружески попросил помочь, как он сказал, «спонсору», пристрелять новые винтовки.

Пришлось загнать своих бойцов в дальний угол стрельбища, а одного из взводных назначить старшим при проведении занятий по «обороне здания». И рота, в которой было полсотни снайперов, потянулась вереницей по узкой тропе в сторону «килл-хауса» – двухэтажного здания с пустыми проемами окон, повидавшего на своем веку много пуль и осколков гранат, отметины которых виднелись по всей поверхности многострадальных каменных стен.

По одежде было видно, что приехал далеко не бедный мужик – очень дорого он был одет, увешан золотом, а что было в двух оружейных чехлах, Паша боялся даже представить.

– Показывайте! – сказал Шабалин.

Два кофра легли на плащ-палатку, расстеленную на земле. Еще мгновение, и гость извлек на свет две винтовки – «штейер-манлихер» 338-го калибра и «зауэр» 308-го калибра. Ложа и приклады обеих винтовок были инкрустированы серебром и золотом.