Снайперский удар

Нужно было дать возможность Чинару перегруппировать силы для отражения внезапного нападения. Нужно было отвлечь внимание врага от здания, где находились снайперы и двое спецназовцев. Нужно было пройтись огненным катком по противнику, внушая ему страх и ужас, вымещая на нем злость за ту минуту страха и бессилия, которые он пережил под убийственным огнем пулемета.

– Погнали, пацаны, давить эту нечисть!

Машина дернулась, резко набирая скорость и входя в правый поворот – не теряя равновесия, благо, что спущенные колеса были на разгруженной стороне.

И они пошли.

Прямо по улице, на которой в этот момент находилось несколько десятков человек. Через триплекс Паша смотрел, как боевики кидаются в стороны, спасаясь от его колес, как стреляют прямо ему в лицо, но лобовая броня и пуленепробиваемое стекло приборов наблюдения держали удары пуль. Над головой грохотал пулемет, сзади частыми одиночными выстрелами стрелял в бойницу разведчик.

А Паша все давил педаль газа и время от времени крутил рулем, считая, что таким способом сможет увернуться от посланной в него гранаты. Да и пара прыжков по «пешеходам» добавила радости в накал боевого возбуждения.

– Барс, ты куда? – повторялся в наушниках голос Чинара, но у Шабалина не было времени на ответ – он упивался боем.

Где-то впереди был поворот, который Паша видел, когда заводил на позицию группу Борзова – на этот поворот он и рассчитывал, когда отважился на столь дерзкий и безумный поступок. По броне со всех сторон градом били пули, и некоторые даже пробивали броню, влетая вовнутрь. Но это были относительные мелочи – все внимание Шабалина было приковано к повороту.

Вот он. Паша притормозил, БТР пошел юзом, но быстро выкрутив руль, он направил ее в поворот. БТР, ударившись левым бортом о стену углового здания, все же вошел в примыкающую узкую улицу.

Шабалин схватил рацию:

– Буш, не подстрели меня, мы тут по кварталу круг дали, сейчас увидишь нас…

– Где? – спросил Бушуев, но в этот момент Паша уже выскочил на параллельную улицу, которая хорошо просматривалась с позиции Бушуева, и тот удовлетворенно сказал: – Все, командир, вижу.

Докатив до поворота возле дома, где сидел Артем, Паша свернул и, остановив машину, дал возможность Стешину прицелиться в людей, наблюдаемых на завале и за ним.

Туда полетела пушечная очередь. Шабалин выбрался из-за руля, предложив водителю вернуться обратно. Схватив автомат, он открыл люк и выпрыгнул наружу. До завала было около четырехсот метров.

– Пустой, – крикнул вослед водитель.

БТР просел на все колеса, некоторые были разорваны в клочья, навесное оборудование, ящики ЗИП, оптика – все было продырявлено в решето.

– Я ранен, – сообщил Стешин.