Снайперский удар

 – А эгрегору войны…

Шабалин вспомнил свой сон, вспомнил голос, услышанный им во время боя. Думать про это не хотелось, ибо это не только выходило за рамки разумных объяснений, но и больше смахивало на сумасшествие, чем на реальность, а признавать у себя «поехавшую крышу» Паша не собирался.

– Кто таков? – лениво спросил Денис.

– Приснилось, – отмахнулся Паша. – Организуй мне «такси» до Пальмиры! К подъезду через полчаса. Багаж – груз длиной метр двадцать, с оптическим прицелом…

– Есть, – кивнул Стешин. – Багаж ему еще подавай…

– Я не понял? Кто там бухтит? – возмутился Шабалин.

– Вырвалось, – отмахнулся Денис.

– Смотрите там, товарищ лейтенант…

Внизу взревел двигатель БМП, и одна машина, поднимая пыль, пошла за ограждение опорного пункта. На «бэхе» сидело человек шесть, ощетинившиеся автоматами и пулеметами, которым предстояло провести досмотр убитых боевиков.

Паша связался с дежурным по группировке и уточнил, закончили ли артиллеристы и снайперы охоту за боевиками вдоль дороги – еще не хватало попасть под огонь своих же соратников. Ему подтвердили завершение работ по очистке трассы – можно было ехать.

Пока было время, Паша прогнал через ствол винтовки пару патчей с щелочным раствором, с таким расчетом, чтобы масло «поработало», пока «такси» будет ехать в Пальмиру.

Дорогу он проскочил быстро и, войдя в свою комнату, с удовольствием снял боевое снаряжение. Дневальный принес воды, и Паша быстро умылся и побрился. Видео-конференц-связь с генерал-полковником Суриным предполагала появление докладчика в «офисной» форме одежды, каковой у Паши здесь не имелось по вполне объективным причинам. Не ждать со стороны Сурина разноса за появление в неустановленной форме – это значило не знать командующего, а Паша уже имел возможность убедиться в его отношении к себе, и поэтому оставалось только рисковать и явиться на совещание в полевой форме, в достаточной степени уже пропитанной сирийской пылью.

– Зато буду похож на боевого офицера, – сказал Паша, глядя на себя в зеркало, бритвой ровняя виски.

Позавтракав, Паша связался с Барченко, однако тот, сославшись на занятость, отмахнулся от него, напомнив, чтобы в десять ноль-ноль тот «был как штык». Шабалин вернулся к себе и на листе бумаги набросал доклад, внеся туда дальности стрельбы, расход боекомплекта, результаты поражения.

К назначенному времени Паша подошел к штабу группировки, предъявил на входе пропуск и вошел в зал совещаний. Там уже находилось несколько человек, Барченко приветливо махнул рукой, но всем своим видом показал, что занят и к праздным разговорам не расположен. Появился Федяев, который тепло поздоровался и хлопнул рукой по плечу:

– А ты молодец, умеешь фестивалить…

– Товарищи офицеры! – Кто-то громко подал команду.