5
0По крайней мере, мне так вначале показалось, но уже спустя пару минут заулыбался и я.
– Отдохнуть, Звягинцев, не желаешь?
– Желаю, товарищ майор. Еще как желаю. Вот только…
– Завтра у тебя выходной день.
– Вы это серьезно? – не сразу поверил я своему счастью.
– Серьезно, лейтенант.
В комнате я посмотрел на отрывной календарь. Первый выходной день у меня пришелся на вторник. К тому же я ушел с работы рано, еще семи не было. Тарасов, сидевший за отчетами, оторвал взгляд от бумаг и завистливо сказал мне на прощание:
– Счастливчик. А мне тут разгребать эту кучу до самой ночи. Эх! Иди уже, Костя, не трави душу.
Первой новостью стало письмо, которое я нашел в своем почтовом ящике. Судя по штемпелю, оно пролежало около двух недель. В нем была копия заключения о смерти Натальи Витальевны Скворешиной в результате сердечного приступа. Секунд пять не мог понять, какое отношение имеет ко мне смерть этой женщины, и только брошенный взгляд на адрес заставил меня вспомнить. Кострома. Умерла бывшая хозяйка этой квартиры – моя фиктивная жена. Теперь ее больше не было, осталась только эта бумажка. Нетрудно было догадаться, что заключение о смерти прислала ее сестра. Заглянул в конверт. Больше никаких бумаг в нем не было.
«Теперь я официальный холостяк», – усмехнулся я и выбросил смерть уже незнакомой мне женщины из головы. Сейчас меня больше волновала горячая ванна. Приведя себя в порядок (почти полчаса отмокал в ванне), я пожевал тушенки, запил ее горячим чаем и завалился спать. Проснулся и вспомнил, что у меня впереди целый день отдыха. Сердце приятно заныло от предвкушения грядущего праздника. Пожалел, что в Москве нет ни Костика, ни Сашки Воровского, после чего решил составить программу отдыха. В нее входило обязательное посещение ресторана и женщина. Мельком подумал о Татьяне, но почти сразу отмел ее кандидатуру. Красивая и умная девушка, но за ней ухаживать надо, а мне нужна страстная, горячая женщина, поэтому я, недолго думая, позвонил на квартиру профессора. Хозяин дома должен быть на работе, в своем институте, а Олечка, возможно, будет дома. Вот только мои ожидания не оправдались. Трубку снял профессор.
– Кто звонит? – голос резкий, недовольный.
– Костя Звягинцев. Не забыли меня?
– Помню! – зло вскричал профессор. – Еще как помню! Я тебя в своем доме принимал, а ты… ты с этой сучкой, моей женой, спал! Теперь ты еще имеешь наглость звонить…
– Стоп! Я только с фронта приехал, а вы мне такое заявляете! – приврал слегка я, лихорадочно вспоминая, когда мне в последний раз довелось видеть Олечку.
«Четыре месяца назад я… встречался с Костиком, а с ней…» – но додумать мне не дал возмущенный вопль профессора.
