4
0Ведь если я останусь в живых, автоматически расширится круг людей, знающих о пришельце из будущего, со временем этот круг будет становиться все шире и шире, а значит, в народ может просочиться вредная для него информация, идущая вразрез с линией правящей партии.
Как солдат я им не нужен. Мои знания в сфере развития сельского хозяйства и экономики равны нулю. Если только конструирование оружия. Материальную часть оружия, начиная с автомата Калашникова и заканчивая известными иностранными марками, я знал досконально, как знал их сильные и слабые стороны. Тогда, возможно, на год, от силы на два, продлится мое существование.
Если реально смотреть на вещи, то я им нужен так же как зайцу знак «стоп». Нет человека – нет проблем. Сталин и его окружение уже получили и еще будут получать информацию о нападении Германии на Советский Союз. А прислушались они к ней? Нет. Вот и ответ на мой вопрос. Так что живи спокойно, советский комсомолец Костя Звягинцев, потому как совесть твоя чиста.
Только я успел так подумать, как заметил двух людей, которые целенаправленно двигались в мою сторону.
Странно. Стою, смотрю, никого не трогаю. В чем проблема?
То, что это люди из охраны Кремля, я определил еще на расстоянии. Крепкие, плечистые. От них исходил запах опасности, как от диких зверей. Уходить было нельзя. Зачем поднимать волну лишних и ненужных подозрений? Пока один подходил ко мне, второй сотрудник, сдвинувшись влево, остановился и застыл от меня в трех шагах, держа руку в оттопыренном кармане пиджака. Сотрудник госбезопасности, подойдя ко мне, спросил:
В его голосе не было ни намека на угрозу, только ленивый интерес, но так может показаться только постороннему человеку, но не мне. В глубине его глаз сидят внимательность и настороженность, которые ловят каждое мое движение, как лица, так и тела.
– Гуляю. Мне нравится по Москве ходить. К чему этот вопрос, товарищ?
– Не первый раз здесь гуляешь? – он просто отмел мой вопрос, не считая нужным отвечать на него.
– Третий, – растерянным голосом произнес я. – А в чем дело, может? скажете наконец?
– Вот и мы заметили, что ты зачастил сюда. Стоишь и словно что-то высматриваешь.
– Не высматриваю, а просто смотрю. Мне нравится тут бывать.
– Нравится, – повторяет он за мной и начинает быстро и ловко похлопывать меня по бокам, затем по карманам куртки.
– Зачем вы это делаете? – воскликнул я, при этом делая наивно-растерянное лицо.
– Учебники, конспекты…
– Студент? Документ с собой есть?
– Да. Есть, – теперь я придал себе испуганный вид. – Вот.
Он быстро пробежал глазами мой студенческий билет, потом вернул его мне. Несколько секунд мы смотрели друг на друга, пока он насмешливо не сказал:
– Чего стоишь?! Беги! Учись, студент!
Развернувшись, быстро зашагал.
