4
0- Профессор Ригартон и целитель Новак точно знают. Это они мне рассказали о матери, - объяснила, не скрывая удивления.
- Ригартон - бывший королевский дознаватель, - задумчиво нахмурилась тётя, тем не менее, в её голосе я отчётливо уловила облегчение. - Говорят, раньше был в этой службе какой-то важной шишкой, так что он, конечно, знает. И целителю, видимо, рассказал. Но в Сайгаросе точно никто не в курсе наших родственных связей. Так что помалкивай! А почему Ригартон вообще с тобой разговаривал? Какое дело заместителю ректора до простой служанки?
- Да какая разница? Забери у неё деньги! - не выдержала Тайрана. - Нам ещё нужно к портнихе успеть!
Судя по взгляду тёти, переместившемуся на мою ладонь с монетами, она пришла к тому же выводу. Ну уж нет, обойдутся!
- Ригартон навещал меня в целительском корпусе. Думаю, он знает семью моего отца, поскольку в курсе многих подробностей. Например, про выплату содержания я от него услышала. И о том, что вы ко мне не очень хорошо относитесь, он тоже упоминал, - заявила, с удовольствием наблюдая за тем, как вытягиваются их лица. - Кстати, они с Новаком посоветовали мне поберечься после травмы. Так что переохлаждаться нельзя. Поэтому деньги, извините, мне сейчас нужнее.
- Нет, мне нужнее! На этом приёме будет Райдан Маквир! - сердито засопела Тайрана, требовательно протянув руку.
Я неохотно выдала ей около четверти полученной суммы, мысленно пообещав себе, что в следующий раз приеду сюда без этих вымогательниц, а остальные монеты демонстративно положила в собственный карман и развела руками, изображая раскаяние.
- Извини, это всё, чем могу помочь. Давайте уже поскорее вернёмся в академию. Меня ещё Ригартон просил сегодня зайти и почему-то с документами, так что они пока тоже останутся у меня, - немного слукавила я, зато тётя прониклась и больше не заводила речь о деньгах только прожигала на пару с дочерью гневными взглядами. А на прощанье она неожиданно заявила:
- Если Ригартон, действительно, знает что-то о твоём отце и его семействе, постарайся выведать у него эту информацию.
- Зачем? - не поняла я.
- Ясно ведь, что они не простые люди вроде нас. Наверняка, богатеи какие-нибудь. А значит, мы сможем стребовать с них ещё больше денег во избежание огласки, - понизив голос, поделилась родственница амбициозными планами.
- Но… для этого придётся и нашу тайну раскрыть, - возразила машинально, снова уловив намёк на нелогичность. Ведь она только что сама тряслась от страха, опасаясь этой самой огласки.
- Ничего не придётся. Анонимное требование напишем, - отмахнулась собеседница, в уме уже явно подсчитывающая намечающуюся прибыль. - Имена жертв твоей мамаши не назывались даже на суде и до сих пор хранятся в тайне. Так что никто из аристократов не захочет рисковать и предпочтёт заплатить.
