Служанка-попаданка (СИ)

- Знаете, госпожа Сайгерт, в моём мире есть такой вид наказания, как исправительные работы, - обратилась я к комендантше. - Не просто разовая отработка, а длительный процесс, например, на пару ближайших лет…

Мне не составило большого труда уговорить женщину ограничиться предложенным наказанием, для убедительности снова сославшись на Ригартона, мол, он, если что, это решение поддержит. А вот Тайрана альтернативу не оценила.

- Я не буду мыть коридоры и уборные, как какая-то служанка! - возмущалась она, буквально побагровев от гнева.

- Что делать, если в комнаты, как уже выяснилось, тебя пускать нельзя, - улыбнулась я, охлаждая её пыл. - Но если не хочешь, можешь просто вернуться домой. Насовсем.

Домой она не хотела. И, выходя из комнаты, тихо прошипела:

- Ты об этом ещё пожалеешь!

Нисколько. Я точно с огромным удовольствием посмотрю, как эта гордячка будет драить туалеты, как кого-то мы с Рианой, а потом выслушивать насмешки однокурсников. В итоге она либо извлечёт из этой ситуации урок и научится смирению, либо сбежит отсюда сама.

- Эй, забери кошелёк! И очисти меня от этой гадости! - вернулась Тайрана, вспомнив, о своём внешнем виде.

К сожалению, кошелёк поддался и упал в руку, едва я к нему прикоснулась, зато попытка избавиться от надписи на лбу с помощью воды ни к чему не привела.

- Извините, человек, который ставил ловушку, сейчас в академии отсутствует и вернётся лишь к вечеру, - вздохнула я со скорбным видом, немного слукавив.

При желании Клайверда можно было бы найти, но у меня такого желания не возникло, так что сестрице пришлось идти в лечебную часть - практически через всю академию - разукрашенной. Учитывая, что к этому времени очередное занятие уже завершилось, этим незабываемым зрелищем смогли полюбоваться многие.

- Вот же нахалка! Кошелёк сам к ней, видите ли, приклеился, - с усмешкой передразнила Синлина, когда мы остались одни, и вдруг с подозрением поинтересовалась: - А ловушку кто ставил? Привязка на намерение? Это довольно сложно - явно не уровень прислуги и первокурсников.

- Клайверд ставил. Собственно, для этого он тогда и приходил, - призналась я, решив выдать часть правды, чтобы у соседки отпали вопросы и фантазии относительно наших несуществующих отношений. Но не тут-то было.

- А взамен что? - не отставала Синлина.

- В прямом. По доброте душевной он точно ничего делать не станет. Такого за ним не водится. Значит, потребовал деньги или ответную услугу, верно?

Вот так репутация у этого «Ледневика»! Прямо Румпенштильцхен местного разлива. И что ей ответить? Рассказать о нашем странном лечении? Почему-то говорить об этом было неловко. Тем более целительнице. К тому же её настойчивость раздражала.

- Да, услугу. Безобидную. Говорю же, у нас просто деловая договорённость.