Сломанные крылья

Я поехал куда глаза глядят, даже направления не вспомню. И положил ребенка к порогу какого-то дома. Ночь стояла. Никаких примет не видел.

– Вы понимаете, что он говорит неправду? – взволнованно спросила Оля у Славы.

– Да тут и понимать нечего. Слушай, Смирнов, может, ты еще под невменяемого косить начнешь? Сразу скажу – дохлый номер. Слишком долго и продуманно скрывался, есть подозрение, что свидетелей убирал. Если эти подозрения подтвердятся, а это вопрос дней, и ты не скажешь, куда ребенка отвез, я выдвину обвинение в убийстве.

– Уведите задержанного.

Когда конвоир вывел из кабинета Виктора, Оля спросила еле слышно дрожащими губами:

– Вы считаете, он его убил?

– Я думаю, нет, – вмешался Сергей. – Я скажу, быть может, дикую вещь, но у меня такое впечатление, что он к вам привязался. И не мог убить своего ребенка, рожденного вами. Даже если мы докажем, что он убийца по призванию.

– Есть такая версия.

Мать Виктора лежала на больничной кровати лицом к стене. Вдруг вошла медсестра и попросила всех, кроме нее, выйти. Она испуганно повернулась, когда к ней приблизились Слава и Сергей.

– Здравствуйте. Я узнала вас. Скажите, Витя жив?

– Да, – кивнул Слава. – Милиция бережет сыночка вашего драгоценного.

– Я знаю, что он не драгоценный. Мне даже не всегда кажется, что он сыночек, – она с тоской посмотрела Славе в глаза. – Родила его я, а как он таким получился, – кто ж знает. Может, сатана какая-то в нем завелась.

– Давно завелась? – уточнил Сергей.

– Да. Никогда он не был, как другие дети. Скрываться умел, притворяться, а таким, как все, – никогда.

– Он стрелял в вас. Колено раздроблено, – сказал Слава. – Он и раньше применял насилие? Или что-то особенное произошло?

– Нет, не применял. Заботился, еду, деньги приносил. Произошло. Я увидела, как он в окно смотрит, спросила, что там. Он сказал, будто за ним кто-то следит. Потом оделся и пистолет проверил. Я окно хотела разбить, позвать. Я так и подумала, что милиция пришла. Боялась, он убьет того, кто следил.

– Значит, я вам жизнью обязан, Валентина Михайловна. Я ведь, честно говоря, вздремнуть собирался там, у вашего дома, – сказал Сергей и пожал бессильно лежащую руку: – Спасибо. Я оставлю свой телефон, вы всегда можете обращаться ко мне за помощью.

– Какая уж помощь… За сына попросить? Но лучше пусть он там, у вас, сидит. Много бед от него.

– Что вы конкретно имеете в виду?

– Ребеночка не нашли, потому к вам и решили обратиться. Может, вам что-то известно? Предположить что-то можете, куда он мальчика мог отвезти?

– Откуда я знаю? Я роды у Оли принимала. Такой малыш хороший, а он его сразу забрал. Правда, жизнью своей мне поклялся, что ничего ему не сделает. Сказал, в хороший дом подложит.